— …Так вот, я почитал прессу, и получается, что наши штабные генералы ни хрена не понимают, потому что политиканы их совсем запутали. То ли Америка воюет с этой Меганезией, то ли ведет с ней переговоры про борьбу с мятежными батаками. Может, Америке насрать, а нас отправили с этими наемниками только из-за лоббизма.
— Что-что? — переспросил Макфи.
— Ну, чтобы лобби не приставали, — пояснил Ханвил, — есть же сингапурское лобби, и аравийское лобби, и еще всякое. У нас в правительстве есть много мутных людишек, которые отрабатывают чьи-то заграничные деньги.
Лейтенант коротко кивнул.
— Допустим, так. И что из этого следует для нас?
— Из этого следует, сэр, что эту нашу операцию планировали шпаки — коммерсанты, а генералы только придавали этому вид, чтобы было хоть на что-то похоже. И еще, мне кажется, что коммерсанты хотят под шумок прибрать золото, что затоплено в лагуне Тинтунга, около острова Вале, где малый внутренний порт Лантона.
— Коммерсант мимо такой кучи золота не пройдет, это точно, — поддержал Кловер.
— Подожди, Патрик, — перебил его лейтенант, — пусть Енох договорит, что начал.
— Да, командир, — продолжил сержант, — Все дело в золоте. Зачем нашу роту послали на Тинтунг, если есть хороший плацдарм, атолл-остров Нгалеву, на 80 км юго-восточнее Тинтунга. Там брошенный поселок, кокосовая плантация и неповрежденная ВПП, а на Тинтунге все раздолбано и сожжено, нет ни одной травинки, ни капли пресной воды, и наверняка ВПП и океанский порт разбиты в хлам. Ты же помнишь эти взрывы.
Лейтенант Макфи снова кивнул.
— Я помню. И, знаешь что, Енох. На моту Мотуко взрывы были не как на моту Вале, в Лантоне, где мы были. В Лантоне взорвались мины в подземных трубах канализации, поэтому, там все взлетело на воздух к чертовой матери. А на моту Мотуко взорвалась заминированная баржа. Там взрывная волна снесла два ближайших пирса, и смела все легкие предметы, включая людей, но три пирса уцелели, и ВПП не так сильно разбита. Посмотри фото со спутника. На ВПП обрушился только край, что на дамбе. Значит, у экспедиционного корпуса появляется второй плацдарм для броска на юго-запад.
— Извини, командир, — сказал сержант — Но нас, «морских котиков», учили определять разрушения от терактов, и я скажу: если от ВПП отвалился кусок на дамбе, значит, в бетонном массиве может быть трещина, и никакой пилот не будет там ни взлетать, ни садиться, пока военно-инженерная служба все не обследует и не скажет «ОК».
— Понятно, Енох. Допустим, ты прав, и ВПП Мотуко для плацдарма не годится, пока инженеры не проверят трещины. А к чему ты клонишь?
— Я уже сказал, командир. Все дело в золоте. Спорим на галлон пива, что у наемников, которых к нам пристегнули, есть отдельный приказ: поднять это золото?
— Чем поднять? Голым хером? — спросил Натан Джонсон.
— Балда! — ответил ему Патрик Кловер, — Для чего они грузили понтоны и лебедку?
— Ух ты… — произнес Джонсон, — …Значит, у наемников задание пограбить?
Тут один из бойцов «White-Water», сидящих позади инструкторов, не выдержал:
— Эй, хватит поливать нас дерьмом! То вам наш капитан не по душе, то мы наемники!
— Не хочешь слушать — заткни уши, — обрубил сержант Ханвил.
— Ищешь ссоры? — спросил тот.
— Трахни себя в жопу, — лаконично ответил рядовой Кловер из «Дельты».
Среди бойцов «White-Water» произошло быстрое движение, около маленькой группы инструкторов возникли самые здоровые бойцы с самыми неласковыми лицами.
— Повтори, что ты сказал, — потребовал боец «White-Water», начавший разговор.
— Уши чистить надо, — спокойно и наставительно произнес Кловер, и быстро выставил перед собой обе руки. В правой руке оказалась ручная граната «Pineapple», а в левой — кольцо с чекой от этой гранаты. Неласковые претенденты на выяснение отношений мгновенно отскочили в разные стороны, насколько это было возможно в салоне. Все взгляды были прикованы к правой руке бойца «Дельты», сжимавшей скобу, которая удерживала ударник. Если он отпустит руку, то через 7 секунд…
— Эй, вы что, спятили?! — крикнул мастер-комбат Менборн, двигаясь к ним по проходу салона, — Парень, аккуратно вставь чеку на место, и больше так не делай!
— Мистер Менборн, — флегматично ответил ему лейтенант Макфи, — Объясните своим подчиненным, что служебный воздушный борт в полете — не место для драки. Когда я установлю, что они поняли, я отдам приказ вернуть гранату в безопасное положение.
— Так… — сурово произнес мастер-комбат, повернувшись к своим людям, — приказываю: заткнуться и положить ладони на колени. Исполняйте!.. Отлично! Теперь, любой, кто раскроет рот без приказа, или уберет руки с колен, будет сразу исключен без выплаты зарплаты за последний месяц, и без выходного пособия. Все меня поняли? Отвечайте!
— Да, мастер-комбат! — хором рявкнули бойцы «White-Water».
Менборн окинул их всех тяжелым взглядом, потом, тронул одного за плечо, и жестом приказал убираться в другой конец салона, а сам занял его место и спросил:
— Лейтенант Макфи, вы удовлетворены?
— Да, мистер Менборн… Рядовой Кловер! Отбой тревоги!
