— Не будем вдаваться в детали, — авторитетным тоном произнес вице-адмирал.
— Да, конечно, — согласился Клейтон, тут же поняв, что в эту сторону вести разговор не следует, чтобы не испортить успешный уход задачи в небытие.
— Действительно! — согласился Уимплкид (который не уловил смысла обмена репликами между двумя квалифицированными офицерами, поскольку даже не думал о том, что некоторые утонувшие вещи можно поднять, по крайней мере частично), — Действительно, при чем тут эти детали! Важен сам факт: ваши партизаны бесчестно воспользовались тем, что эскадра ушла, и уничтожили собственность правительства США! Кто по-вашему должен отвечать за это?
— А кто должен отвечать за ваши бомбардировки 31 декабря? — спросил Глип Малколм.
— Джентльмены! — вмешался Ледроад, — Давайте будем благоразумны. Мы достигли серьезных успехов в деле взаимопонимания. Я хочу напомнить: мы получили от меганезийской стороны гарантии проведения демократических выборов, а также технического содействия миссии по возврату Американского Самоа под контроль Соединенных Штатов. Сейчас мы столкнулись с неприятным эксцессом партизанской войны, но я думаю, все равно надо двигаться вперед.
Советник Госдепа США задумался, а потом кивнул головой.
— Да, вице-адмирал, надо двигаться вперед. По некоторым проблемам мы можем дать отсрочку Меганезии, исходя из того, что после свободных выборов, демократические реформы позволят Меганезии интегрироваться в мировое сообщество, восстановить цивилизованнее финансовые структуры, и рыночные отношения. Но некоторые проблемы надо решить незамедлительно. В частности, это возврат земель и золотых резервов, незаконно изъятых у некоторых компаний.
— Вы читали Хартию, мистер Уимплкид? — поинтересовался дон Чинкл, прикуривая сигару.
— Вы имеете в виду лантонскую хартию? — уточнил советник Госдепа.
— Да. Лантонскую Великую Хартию.
— Другой хартии у нас нет, — добавил Малколм.
— …И не будет, — договорил консул Махно, как будто забил гвоздь по шляпку.
— Так, вы читали Хартию, мистер Уимплкид? — повторил свой вопрос сицилиец.
— Я читал аналитическую записку об этом, мистер Чинкл. Но мы ведь говорим о реформах.
— Мы, — сказал консул Махно, — говорим о выборах, которые проводятся согласно артикулам Хартии, никак иначе. Не будет никаких финансовых структур и никакого возврата земель.
— Э… — советник Госдепа растерялся, — …Президент Дарлинг дал определенные обещания.
— Это его обещания, а не наши, — отрезал дон Чинкл.
— Но, — возразил Уимплкид, — мы не можем заключить договор вопреки его обещаниям.
Консул Махно равнодушно пожал плечами.
— Нет, так нет. До сих пор мы жили без договора. Давайте попробуем и дальше так же.
— Но, — снова возразил советник Госдепа, — договор необходим для стабилизации биржи!
— Необходим, так необходим. Давайте попробуем договориться.
— Да, мистер Махно, конечно попробуем. Найдем разумный компромисс. Мы можем отложить вопрос о финансовых структурах и возврате земель на некоторое время.
— Навсегда, — лаконично поправил Глип Малколм.
— Просто, отложим этот вопрос, — сказал советник Госдепа, — вот, мы пошли вам навстречу. Вы теперь тоже должны сделать какую-нибудь уступку.
— Какую, например? — спросил дон Чинкл.
— Например, вы могли бы дать гарантии свободы предпринимательства для иностранцев.
— Aita pe-a, — ответил Малколм, — но только в рамках Хартии.
— Давайте, — предложил Уимплкид, — напишем: «в рамках национальных законов».
— Давайте, — согласился Махно, — это ведь то же самое.
— Превосходно! — Уимполкид изобразил фирменную американскую улыбку, — А теперь давайте сделаем еще по шагу навстречу: мы снимем запрет на импорт в США никелевой руды с Новой Каледонии, а вы вернете золото концерна «Alemir».
— Между прочим, — прокомментировал дон Чинкл, — Запрет импорта никеля с Новой Каледонии мешает больше вашей экономике, чем нашей. Есть Красный Китай. Он закупает втрое больше никеля, чем США. И, я не понял: про какое золото концерна «Alemir» вы говорите?
— Я говорю про золото на затопленной барже в лагуне атолла Тинтунг около внутреннего порта Лантона. Там примерно 5 тонн в слитках, и у концерна «Alemir» есть все бумаги на это золото.
С этими словами, советник Госдепа подвинул на центр стола несколько сшитых листов очень качественной бумаги с очень контрастным текстом и впечатляющим количеством цветных и вдавленных штампов. Имелся даже штрих-код вверху и внизу каждой страницы. Сицилийский мафиози взял документ, полистал, и саркастически фыркнул.
— Бумаги… Штампы… Три года назад Концерн «Alemir» дал 5 тонн золота взаймы Али-Омару, который тогда считался лидером демократической оппозиции Йемена. Потом, когда он объявил себя Махди, восьмым имамом, и стал считаться террористом, с ним долго воевали, прошлым летом победили, но золото исчезло. При чем тут баржа на дне лантонской бухты?
— Есть веские основания считать, что золото именно там, — пояснил советник Госдепа.
