— Давай, — согласился он, и позвонил в небольшой бронзовый колокол, висящей над дверью в «апартаменты» (или попросту в жилую рубку). Густой гудящий звон будто повис над водой.
— Вот это звучание! — восхитилась Смит. — Ну, посмотрим, с какой скоростью тут реагируют.
Прошло минут пять, и в серебряном лунном свете стало видно, что от деревянного причала на берегу отвалила маленькая весельная лодка. Гребец и официант оказались совмещены в одной персоне: девочке-подростке, лет чуть старше десяти, одетой только в набедренную повязку.
— Джоан, ты говорила про нетерпимость индусов к наготе, — иронично напомнил Томпсон.
— Видимо, коммерция поборола религию, — предположила спецагент, — ты заметил: индусы тут стараются воспроизвести стиль Бора-Бора, где бунгало-отели на воде, и молодые, минимально одетые полинезийки развозят завтраки и ужины на примерно таких лодках.
— В случае Бора-Бора, — сообщил Томпсон, — девушки-официантки, все же, совершеннолетние, а «минимально одетые» означает, все же, шорты и топик, а не набедренную повязку.
— Мм… — спецагент задумалась. — …Ну, возможно, они воспроизводят стиль курортов Фиджи.
— Нет, — Томпсон покачал головой, — в цивилизованной части Фиджи были строгие правила по отношению к наготе. Генерал Тимбер отменил эти правила, как наследие неоколониализма, но индусы не застали этого, поскольку Тимбер отменил их тоже. Потому-то они сюда и попали.
— …Доброй ночи! — громко поздоровалась девочка-официант, причалив к борту, — Меня зовут Кишори. Это значит: «маленькая лошадка». Я привезла еду, можно брать все, что нравится!
— Спасибо. Кишори, — сказала Смит, — а ты не боишься так одна ездить к незнакомым людям?
Маленькая индуска широко улыбнулась и покрутила головой.
— Нет. Чего бояться? Про нас знают полисмены нези, и мы под защитой Великой Хартии нези.
— Как интересно, Кишори! — воскликнула спецагент, — А кто тебе про это рассказал?
— Так написано в маленькой книжке, которую нам дал комиссар нези, когда мы сюда приехали с Фиджи. И полисмены нези так говорят! — маленькая индуска показала рукой в какую-то точку на берегу, и пояснила, — Вот эти полисмены нези. Их не видно, но они там есть.
…Индийский ужин действительно оказался очень вкусным. А потом, провожая взглядом лодку с девочкой, плывущую к берегу, спецагент Смит задумчиво произнесла:
— Кажется, я начинаю понимать, почему Америка проигрывает эту войну.
— Вообще-то, Америка выиграли войну не далее, как сегодня, — напомнил подполковник.
— Томас, я говорю не о батаках в Паго-Паго.
— Да, — он кивнул, — я догадываюсь, о чем ты. Но 29 января Госдеп заключил мир с Конвентом.
— Мир! — Смит презрительно фыркнула, — Президент Дарлинг просто откупился от нези, чтобы остановить финансовый обвал в Америке и в странах-сателлитах. Он спас Уолл-Стрит. Но, есть правило: кто откупается от террористов, тот будет платить снова и снова! Ты сам видел: у нези нет никаких тормозов. Вот, они расстреляли батакскую колонию в Паго-Паго, несколько тысяч человек, и поехали праздновать. Музыка, танцы, фиеста. Им наплевать на всех кроме тех, кто присоединился к их хартии. Тех они защищают, а остальные для них вообще не люди!
Подполковник протянул руку и ласково коснулся ее плеча.
— Джоан, не надо повторять текст агитки, которую ты сама же недавно опровергла.
— Я опровергла?
— Да. Ты сказала, я цитирую: «У нези есть очень эффективное информационное оружие: они никогда не обманывают в сделках». Отсюда я делаю вывод: нези будут соблюдать договор с Госдепом, если только американская сторона не нарушит этот договор первой.
— Мм… Кажется, ты прав. Что-то у меня с логикой… Но, Америке будет трудно не нарушить договор с такими условиями. Слишком велик негласный выкуп за спасение Уолл-Стрит.
— Вот уж, не знаю, — сказал Томпсон, — вероятно, отдана треть Американского Самоа. Америка получила назад только остров Тутуила, а нези забрали все остальные острова. Но, эти острова, объективно, не имели никакого значения для Америки. А твоя фраза про «наплевать на всех», наверное, не совсем справедлива. У меня есть кое-какой объем личных наблюдений, и во всех случаях, которые я видел, нези относились дружелюбно к любой публике, которая не лезет на рожон, и не учиняет бандитизм, рэкет, джихад, и всякое такое. Конечно, метод, которым нези зачистили Паго-Паго от батаков, не вызывает симпатии, но посмотри с их стороны.
— Со стороны нези? — переспросила спецагент Смит.
— Да, — подполковник кивнул, — представь, что ты живешь, например, на Оаху, а твои друзья на Большом Гавайи. Представила? Теперь представь: какой-то аятолла занял остров Молокаи, на полпути от тебя до твоих друзей, выгнал всех жителей, притащил иранцев и создал там корпус Стражей Исламской Революции. Какие у тебя будут предложения к армии США?
— О, черт, — проворчала она, — Ты так все повернул…
— Не забудь, — добавил он, — что ассоциация островов нези создана 20 октября прошлого года, и существует, соответственно, чуть больше ста дней. А вспомни теперь первые сто дней нашей, американской войны за независимость. Как там обстояли дела с гуманностью?
