— Страны-колониалисты воюют большими силами, большим числом солдат, большими боевыми машинами. И спецы говорят: в этом есть некоторая слабость. Всем солдатам, машинам и сервисной технике постоянно нужны ресурсы. Надо подвозить много еды, питьевой воды, моторного топлива и масла, и всяких деталей на замену. И это возят на обычных кораблях и самолетах, совсем не так защищенных, как боевые машины.
— А-а! — выдохнула Лаалои, — вот, ты сказала очень хорошо! Так же говорит Деми! Надо сделать в океане танкерную войну, как была там, у них в Атлантике.
— Хе-хе! Я думала, Деми только по стрелковому оружию, а она, по ходу, не только.
Рут собиралась добавить еще комментарий по поводу схемы танкерной войны, но тут послушалось жужжание, хруст песка под колесами, и у пирса затормозил микро-джип, раскрашенный камуфляжными узорами.
— Эге-ге! — крикнул сидящий за рулем тинэйджер, — Я привез мистера Фалерно!
— Упс… — выдохнула Рут, окинув взглядом калабрийца, сидящего рядом с водителем.
— Хорошо, Фиуфи, — ответила королева, — иди, поешь, пока все горячее. Aloha, мистер Фалерно. Если вы хотите кушать, то Фиуфи это устроит.
— Спасибо, мисс… Э…
— …Лаалои, — сказала она, — а это Рут, моя подруга.
— Лаалои? — переспросил он, — Вас зовут, как королеву? Я читал в Интернет…
— Королева, это я — пояснила она, — так, вы хотите кушать?
— А… — Вителло Фалерно замялся, — …Извините, королева, я не знал вас в лицо. А что касается еды, то я не голоден. Точнее, я взвинчен. Я не понимаю, что происходит.
— Хотите сигарету с ганджубасом? — спросила Рут, — очень помогает для понимания.
— Ганджубас, это марихуана? — уточнил он.
— Да, типа того. Так, хотите?
— Нет, мисс Рут, спасибо, но я бы с удовольствием выкурил обычную сигарету.
Тут Фиуфи цинично пояснил экономическую ситуацию калабрийца.
— У мистера Фалерно кончились деньги, и нет сигарет, а самокрутки можно…
— …Фиуфи! — перебила королева, — иди поешь, а то все остынет. С проблемой мистера Фалерно мы разберемся, не беспокойся.
— ОК, я тачку брошу пока тут у вас, — ответил туземец-тинэйджер, спрыгнул на грунт и метнулся в сторону полевой кухни.
— Идите сюда, мистер Фалерно, — предложила Рут, — у меня есть кукурузный табак. Все говорят, что на вкус почти как обычный. Он в виде таких, как бы, сигар. Хотите?
— Хочу, — сказал калабриец, уловив, что в условиях политического локального кризиса, поиски обычных сигарет на Футуна потребуют несоразмерных затрат сил и времени.
— Вот что, — объявила Лаалои, — вы тут покурите, а я отведу мелкую домой. В полдень у нормальных людей дети спят. Эй! Талифеа! Давай, плыви сюда. Пойдем домой, я тебе поставлю мультик про Тома и Джерри, а потом ты поспишь. Договорились?
Вот так, внезапно, Рут Малколм получила под свой присмотр молодого калабрийского художника — нео-постимпрессиониста, в состоянии экономического и эмоционального кризиса. «Умеет Лаалои резко спихивать проблемы на друзей», — с некоторой завистью подумала 18-летняя креолка, но через секунду решила, что обижаться на королеву, это неправильно, ведь у той маленькая дочка, и еще куча дел, а Рут сейчас ничем особо не занята, и спихнуть ей этого художника (кстати, довольно симпатичного), это поступок зачетный. Сделав такой вывод, она протянула калабрийцу «кукурузную» сигариллу.
— Спасибо, мисс, — поблагодарил тот, — а вы?
— Ладно, за компанию, — сказала она и тоже взяла сигариллу. Калабриец щелкнул очень необычной зажигалкой, древней, фитильной и, когда оба прикурили, сообщил:
— Хорошая вещь, подарок старого друга. Работает на бензине, и даже на самогоне.
— Не надо тратить деньги на баллончики со сжиженным газом? — спросила Рут.
— Да, — подтвердил Вителло, а потом поморщился, — О, Мадонна! Я сразу вспомнил тот страшный фокус с бытовым газом. Знаете, мисс, здесь газом взорвали все церкви.
— Насколько я знаю, не все, мистер Фалерно. Одну оставили.
— Правда? — спросил он.
— Ага, — она кивнула, — тут недалеко церковь с мансардой, и в этой мансарде устроились летучие лисицы. По ходу, люди редко юзали эту церковь. А теперь вообще не будут ее юзать, кроме, разве что, ученых. Ну, в смысле, тех, кто изучает жизнь летучих лисиц.
Калабриец затянулся сигариллой, и чихнул с непривычки.
— Вкус странный, но аромат хороший. Я б не подумал, что это кукурузный лист.
— Такая трансгенная кукуруза, — сообщила Рут, — ребята завезли из Калифорнии, там это запрещено выращивать. Ну, вы понимаете: табачное лобби, и еще фискалы. Ведь такие курительные листья не попадали под акциз. Сплошной убыток для врагов народа.
— По-моему, — осторожно сказал калабриец, — это опасная лексика. Если каких-то людей назвали врагами народа, то, получается, что по отношению к ним все дозволено.
— Знаете, мистер Фалерно…
— …Без церемоний, Вителло, если вы не против.
— Не против. Так вот, Вителло, гораздо хуже, если этим людям все дозволено.
— Извините, Рут, я сейчас не понял.
