Командир не слушал, в отличие от Пуха он уже догадался, что происходит. Выругавшись, выхватил из-за пояса пистолет. А ведь чувствовал, нельзя сегодня ехать в рейд!
В голове лихорадочно выстраивался план. Действовать нужно быстро. Сомнений нет, в лагере переворот. Его худшие опасения подтвердились. Умар выступил. Одним быстрым движением он перевел луч фонаря на запертую дверь.
– Налегай! – крикнул Дэн и с разбегу врезался в дверь.
Наглухо закрытые, они не поддались, даже когда на них тараном налетел Пух. На раздумья времени нет. Достав пистолет, Шальной выпустил обойму по замку.
От напряжения сводило мышцы, хрустели кости. Парни со всей силы давили на двери, упираясь ногами в снег. Смешались тела, руки, команда слилась в единый мощный таран. Наконец, дверь поддалась. Раздался страшный треск, и все девять человек рухнули на землю.
Дэн пошел первым и откинул брезент в сторону. За спиной толпились ребята. Все как один оторопело разглядывали площадь. Повсюду огонь и трупы, на буром от крови снегу вперемежку с солдатами валялись безобразные тела зараженных. Живые отбивались из последних сил. То и дело до них доносились жуткие предсмертные вопли.
– Твою мать, – выругался Сашка и переглянулся с Дьячковым, который без конца крестился. Подоспевшие ребята с ужасом смотрели на хаос, творившийся на родной земле.
– Огнеметы к бою!
Кинувшись обратно к Уралу, солдаты похватали оружие.
– Рыжий, остаешься охранять двери, остальные за мной!
Вскинув стволы, фламмеры со всех ног помчались вперед. Со свежими заряженными огнеметами и нерастраченными силами. Пробегавший мимо солдат послал их прямиком к Безымянным, там по-прежнему приходилось тяжелее всего.
***
Путь из Штаба к Тайницкому саду занимал всего каких-то пару сотен метров. Но, глядя на снующих тварей, мятежники смекнули, добраться живыми будет сложно. В команде случился раскол: одна часть во главе с Умаром требовали бежать до машин, другие рвались на защиту лагеря.
– Нам все равно хана, – в бешенстве вскричал Тимур, – как только бойня закончится, возьмутся за нас. Думаете, вас помилуют?
На это сообщники насуплено молчали, зыркая на командира исподлобья. Провал переворота сильно подорвал его авторитет. А потому солдаты не спешили выполнять приказы.
– Если присоединимся сейчас, есть хоть какой-то шанс, что простят. – высказался один из них. – А так дадут пинок под зад и выставят за стены.
– Дурак! Хочешь сдохнуть, скатертью дорога!
Несколько человек отделились от толпы и рванули на улицу. Обведя взглядом оставшихся, Умар злобно процедил:
– Есть еще желающие погеройствовать?
В черных глубоко посаженных глазах промелькнуло дикое выражение. От этого взгляда даже конченым отморозкам стало не по себе.
– Выходим, держимся вместе и бежим до гаража. Всем ясно?
Оставшиеся закивали болванчиками, вскинули автоматы и двинулись к выходу.
Как бы ни старались двигаться строем, а все равно разделились. Выскочившие твари мгновенно кинулись на солдат. Громыхнули автоматы, кого-то утянули на землю, кто-то в панике помчался прочь. Всего до «Урала» добежали пятеро. Запрыгнув в кабину, Умар повернул ключ и рванул вперед.
Он еще не знал, что выезд из Кремля забаррикадирован танком и «Уралом». Сейчас им двигало единственное желание – оказаться как можно дальше от лагеря.
***
Кристина металась по Сенату, сгоняя всех гражданских в учебные классы. Это были самые защищенные комнаты. С железными ставнями на окнах и крепкими дверями, там можно надежно укрыться от опасности. И хотя ни один монстр еще не пробрался внутрь здания, иллюзий не было. Это вопрос времени.
– Быстрее! – торопила она замешкавшихся женщин и детей.
Вскоре почти все, проживающие в здании вышли в коридор. Окинув взглядом толпу, Кристина громко сказала:
– Идем через внутренний двор. Это самый короткий путь.
Прежде чем выпустить людей, она несколько секунд пристально наблюдали за улицей, пытаясь заметить хоть какое-то движение. Но все было чисто. Вместе с остальными они вышли во двор и устремились к кованым дверям. К детским комнатам вел отдельный вход. Над мраморным крыльцом виднелся козырек с чугунными завитками, а под ним заветная дверь. Быстро добежав до крыльца, Кристина рванула ручку на себя и скользнула на темную лестницу.
Безошибочно ориентируясь в темноте, девушка взбежала по лестнице и оказалась на третьем этаже. В ушах отчетливо звучало сбившееся тревожное дыхание людей и стрельба, громыхавшая за стенами. Вскоре они вошли в классы и забаррикадировались. Внутри царил холод, и первым делом женщины укутали детей в одеяла. Все действовали быстро и слаженно, понимали, какая жуткая опасность нависла над лагерем. Опустившись на пол рядом с братом, Кристина крепче сжала в руках пистолет.
***
Зловонным отребьем твари переваливали за стену, падали на снег и тут же вскакивали, чтобы рвануть на поиски еды. От вида полчищ голодных монстров стыла кровь даже у бывалых. Но хуже всего – их визг. Воздух буквально дребезжал. Ни шипение огня, ни выстрелы, не в силах были заглушить дьявольский звук.