– Штанишки не намочишь? – смешливо фыркнула Нина.
– Смотри свои не намочи.
Они купили билеты и, отстояв небольшую очередь, оказались в кабинке. Кабинки были открытыми и разных цветов. Сев в оранжевую, Лэндон свесился, глядя вниз.
– Ха! Не так уж это и страшно.
Нина покосилась на него.
– Мы еще не поехали, придурок.
От резкого толчка, дернувшего кабинки вверх, Лэндон невольно «ойкнул» и сел прямо. Кабинки начали медленно подниматься вверх, а уверенность Лэндона, пропадать.
С высоты колеса обозрения весь этот сказочный, рождественский городок стал казаться каким-то игрушечным. Усыпанные искусственным снегом верхушки деревьев остались далеко внизу, а людей было почти не видно, только яркие, праздничные огоньки, украшавшие вывески, аттракционы и деревья.
– Прикольно тут, ага? – весело заметила Нина, двигаясь на месте и раскачивая кабинку.
– Не двигайся, Мазарин, или полетишь вниз, – сквозь зубы проворчал Лэндон.
Он сидел прямо, едва ли не вцепившись в сидение, и был белее снега, которым были усыпаны дорожки парка аттракционов.
Снизу доносились звуки рождественской музыки. Нина, поглядев туда, ухмыльнулась.
– Как ты в самолетах летаешь, придурошный? – поинтересовалась она, удобно рассевшись и закинув ногу на ногу.
– Не сажусь у окна, – прошипел Лэндон.
– Знаешь, по-моему, тебя надо отвлечь от этих мыслей о твоем страхе.
– Буду благодарен.
Лэндон все еще крепко сжимал палочку с яблоком.
– Ну-у…
Нина вытянула яблочко из его руки и размахивая им, как учительница указкой, весело проговорила:
– Думаю, немного истории не помешает.
– О, боже, – вздохнул Лэндон. – Если меня не убьет высота, то твое занудство точно!
Нина усмехнулась и громко произнесла:
– Этот парк был построен тридцать четыре года назад…
Лэндон со злостью покосился на нее.
– Что значит, колесу обозрения тридцать четыре года…
– Ты издеваешься надо мной? – вопросительно поднял брови Лэндон.
Но, развеселившаяся Нина, не слушая его, продолжала:
– Мы находимся на высоте 105 ярдов, – тоном экскурсовода проговорила Нина. – Не так уж и много, если сравнивать с Лондонским Глазом или Хай Роллер в Лас-Вегасе. Но, на самом деле, если ты, блондин, посмотришь вниз, то и правда обмочишь штанишки, ведь прямо под нами парк аттракционов, размером с кукольный домик. А гравитационное поле – неизменный природный фактор нашего существования. И если случится так, что тридцатичетырехлетняя конструкция не выдержит, и ты вылетишь наружу, то благодаря своему замечательному гравитационному полю, что подарила тебе природа, ты…
Нина мило улыбнулась и похлопала ресничками.
– Просто превратишься в котлету, приклеенную к снежной дорожке.
Лэндон покраснел от злости, глядя на Нину, а на лице той самодовольства было больше, чем ярких огоньков внизу.
– Мне, правда… очень… – медленно выдавил из себя Лэндон. – Очень…
– Страшно? – мило улыбнувшись, подсказала Нина.
–…охота сбросить тебя вниз, – закончил Лэндон, злобно пялясь на Нину.
– Ну… Блондин… – задумчиво проговорила Нина, откусывая от его яблока. – Пока ты до меня доберешься, у тебя случится инфаркт. Я прямо слышу, как стучит твое сердечко.
Она ухмыльнулась, состроив жалобную гримасу и глядя в побагровевшее лицо Лэндона, от которого уже должен был повалить пар.
– О, слушай, а это и правда вкусно! – покачала головой Нина, откусывая от яблока вновь.
– Отвали от моего яблочка! – прошипел Лэндон.
– А ты забери, – ухмыльнулась Нина, помахав яблоком перед ним.
Лэндон было дернулся, но кабинка начала качаться и он вновь сел прямо.
Нина рассмеялась, снова откусывая от яблока и театрально закатывая глаза.
– Ммм… как же вкусно…
– Я как-то раньше девушек не бил, но чувствую, ты можешь стать первой.
– Ой, какие мы страшные…
– Ты ведь понимаешь, Мазарин, что я когда-нибудь отсюда спущусь, да?
– Продолжай об этом думать и может ручки перестанут трястись, – покачала головой Нина, доев яблоко. – Вкусно. Но все-таки не салями.
– Я сожру всю салями из холодильника! – в сердцах, воскликнул Лэндон.
Нина лишь рассмеялась. Она не заметила, как кабинка начала спускаться, а вот Лэндон, внимательно следивший за происходящим вокруг, заметил. Когда они поравнялись с верхушками деревьев, Лэндон резко дернулся с места, напугав, не ожидавшую этого, Нину.
– Ты мне за это заплатишь, – прошептал он, наклонившись к Нине так близко, что между их лицами было меньше дюйма.
– Ага, вся трясусь.
Нина оттолкнула Лэндона.Тот, торопясь выбраться из кабинки, чуть не упал. Но, когда его ноги ступили на землю, он обрел былую уверенность.
– Все еще хочешь в пейнтбол? – ухмыльнулась Нина, посмотрев на него.
– А что, струсила? – поинтересовался Лэндон, подходя к кассе и покупая билеты. – Боишься расплаты?
– Трус тут только один. Та девчонка, что дрожала на чертовом колесе.
***
Полигон был небольшим в сравнении с другими. Он находился на краю парка и был заполнен множеством препятствий. По верху были натянуты сетки из канатов и подвесной мост. Вместо пневматических маркеров здесь выдавалась большая сумка, наполненная шарами, и участники, надев специальный костюм и очки, могли приступать к игре.
