Нина прищурилась и, наклонившись через стол, взяла графин, неаккуратно плеснув в стакан Лэндона. Брызги полетели на него, и он резко отдернулся, с возмущением глядя на Нину. Та лишь мило улыбнулась в ответ и развела руками.
– Ой, какая я неаккуратная… – покачала головой она, кладя салями на тост и отправляя его в рот.
Лэндон злобно покосился на нее. Он взял тряпичную салфетку, и промокнул капели сока, попавшие ему на джинсы.
– За это ты будешь делать мои уроки, – сказал он, ткнув пальцем в Нину.
– Ну, хоть что-то нормальное ты придумал. Конечно, не скажу, что я рада тебе помогать, потому что это не так…
Лэндон рассмеялся, запрокинув голову.
– Боже, какой же ты ботаник…
– Поели? – спросила Сара, заходя на кухню.
Она была полностью готова. Светлые кудри уложены в бок, а шелковая белая блузка, перетянутая тонким пояском из эко-кожи, заправлена в черную юбку-карандаш. Классические туфли на высоком каблуке, начищенные до блеска, и сумочка от «Луи Виттон» в руках. Сара вынула из нее телефон и посмотрела на время.
– Я еще нет, – сказал Лэндон, запихивая тост целиком в рот.
Оранжевый джем побежал по его подбородку.
– Фу! – не смогла сдержать отвращения Нина.
– Быстрее, малыш, – пробубнила Сара, глядя в телефон. – Нина?
– Готова.
– Спускайтесь, – велела Сара.
Она набрала чей-то номер, приложила телефон к уху и вышла из квартиры. Лэндон широко улыбнулся, и крошки пережеванного тоста посыпались из его рта.
– Вытри, – сказал он Нине, указав на свой подбородок.
– Ага, щас, – отозвалась та. – Твоя мама ждет. Давай быстрей.
Нина слезла с высокого стула и вышла из-за стола.
– Вытри, служанка!
Лэндон наклонился вперед, глядя на нее исподлобья и не моргая.
– Это что, попытка меня загипнотизировать? – подняла бровь Нина. – Или ты изображаешь гориллу?
Она подошла к Лэндону, взяв салфетку.
– Поверь мне, для этого тебе и стараться не нужно.
Нина взяла Лэндона за подбородок большим и средним пальцами, небрежно повернув его голову к себе, словно регулируя положение телевизора. И принялась утирать его губы уголком салфетки. Лэндон смотрел на Нину с нескрываемым ехидством, и Нина думала о том, что он обязательно должен ответить за все свои издевательства.
Губы Лэндона были измазаны джемом так сильно, что оттирая их, Нина невольно обратила внимание на их мягкие и плавные линии. Уголки губ Лэндона были приподняты, даже когда он не улыбался, что вероятно играло ему на руку, придавая выражению лица дружелюбный вид и располагая к себе собеседника. Его кожа была гладкой и упругой, и лишь две тонкие морщинки уже залегли на щеках Лэндона. Они становились заметнее, когда он улыбался или смеялся, и рядом с ними обычно появлялись ямочки.
– Ты скоро дыру протрешь, – заметил Лэндон.
Нина выпала из своих мыслей и посмотрела на его, давно чистое, лицо.
– Я знаю, что я хорошенький, – улыбнулся Лэндон, подмигнув ей.
Ямочки, о которых только что думала Нина, появились на его щеках, но улыбка была совсем не доброй, а скорее насмешливой. Губы Лэндона перекосило в бок, и он приоткрыл рот, оголяя белые зубы.
– Но так нельзя! – широко раскрыв глаза и положив руку на грудь, театрально ужаснулся он.
Нина недоумевающе посмотрела на него, подняв одну бровь.
– Ты же моя сестра, Мазарин! – продолжал актерствовать Лэндон.
– Ты дурак или как? – поинтересовалась Нина, сложив руки на груди и глядя на Лэндона, вскинув одну бровь.
– Я хорошенький, – повторил тот с самоуверенной улыбкой.
Он поднялся на ноги и, взяв еще один тост, шепнул Нине прямо в ухо, обдав ее кожу жаром:
– И ты это знаешь.
***
Примерочная в огромном магазине свадебных платьев была большой и просторной комнатой. Здесь стояло несколько кожаных пуфов, сдвинутых вместе в один большой диван круглой формы. Каждый из пуфов имел высокую спинку, повернутую в середину и соединявшуюся с другими, образуя в центре цилиндрическую форму. Повсюду были лампы и зеркала, а также подиум, на котором должна была предстать прекрасная невеста, облачившись в белое платье. На столике возле дивана стояло ведерко со льдом, в котором лежала бутылка шампанского. Рядом были три сверкающих, хрустальных бокала.
Сара переодевалась уже минут двадцать, и уставший ждать Лэндон, потянулся за бутылкой.
– Тебе нельзя, – покосилась на него Нина, сидящая с другой стороны.
– Это еще почему? – усмехнулся Лэндон, невозмутимо продолжая наполнять себе бокал. – Ты что, мой спонсор? Я вроде не алкоголик.
– Тебе семнадцать, – напомнила Нина.
– Я ж тут с мамой, – пожал плечами Лэндон.
Он поставил бутылку обратно в ведерко и сделал глоток шампанского.
– Класс…
Лэндон расплылся в довольной улыбке, развалившись на диванчике.
– Эй, Мазарин! – обернулся он. – Хочешь шампанского?
– Ты мне нальешь? – спросила Нина.
– Где это видано, чтобы хозяин прислуге наливал? – насмешливо фыркнул Лэндон.
Нина шлепнула его по руке, закинутой на спинку дивана.
– Мне нравится, когда ты прикасаешься ко мне, – сказал Лэндон.
– Чего?! – Нина поморщилась, обернувшись к нему.
– Название твоей песни, – пояснил с усмешкой Лэндон. – Я погуглил и нашел ее. Она мне понравилась. Я закинул ее в айпод.
– Круто.
