— Пройдёмте со мной, — наконец говорит мужик и ведёт меня по подъездные дороги к дому.
Осматриваюсь и охреневаю. Я много особняков видел, всю жизни в бабле купался, и, естественно, окружающие меня люди были из таких же семей, но этот особняк… Будто в средневековье попал.
— Добрый день, — в дверях нас встречает усатый мужчина в возрасте.
— Добрый, — киваю неохотно и переступаю порог дома.
— Вам нужен Матвей? Это странно, он дома редко принимает пациентов…
— Я не пациент, — выходит грубо, так что делаю вдох и мягче добавляю: — Мне по личному делу. Я ищу мужчину, мне сказали…
— Серёжу? — перебивает он с удивлёнными глазами.
От осознания, что он и правда тут, что, жив, у меня ноги подкашиваются.
— Да, его, — дрогнувшим голосом говорю я.
— Мы уже не надеялись. — Мужчина улыбается и поворачивается спиной. — Идёмте, — поднимется по лестнице, и я иду за ним на ватных ногах. — Они на прогулке, скоро должны вернуться, — продолжает он.
У меня, кажется, глаз дёргается от услышанного.
— Прошу. — Он открывает дверь и пропускает меня, как я понимаю, в кабинет. — Марта, принеси нам кофе, — даёт распоряжение женщине, что появилась в коридоре. — Присядьте, — рукой приглашает на диван.
— А могу ли я сраз…
— Серёжа сильный человек, хоть и не признаёт это, — усмехается по-доброму мужчина. — Я Пётр.
— Демьян, — говорю я и пожимаю протянутую руку. — Так где это прогулка? — нетерпеливо ёрзаю на диване.
— Выпьем кофе, и они как раз вернутся.
Скриплю зубами и опускаю голову.
— Спасибо, но я, пожалуй, откажусь, — встаю на ноги.
— Как пожелаете, — пожимает он плечами. — Марта проводит вас на задний двор.
Женщина, только появившись в дверях, ставит поднос на стол и направляется на выход из кабинета.
Мы спускаемся на первый этаж, проходим по коридору и выходим на террасу. Оттуда ступеньки ведут в сад, но я остановился. Застыл на месте, увидев, как ко мне идёт, точнее едет в кресле для инвалидов Серёжа.
46
Демьян
Встречаемся взглядами, и эти двое, что так смачно смеялись, застывают на месте. Смотрю на Серёжу и не могу поверить глазам. Вот он, в пару метрах от меня, осталась только подойти и коснуться его. Убедиться, что он жив, дышит и его сердце всё ещё бьётся. Но я стою истуканом и жду пинка. Не могу оторваться от его удивлённых глаз, от его лица со шрамом на правой щеке. Смотрю ниже и вижу, как он сжимает руки до побеления костяшек.
Мужчина за его спиной отходит и направляется в мою сторону, легко кивает в знак приветствия и скрывается за стеклянными дверями дома.
Спускаюсь по ступенькам, ничего не говоря, хватаюсь за ручки кресла, разворачиваю её и иду вглубь сада в полной тишине. Останавливаюсь на последней скамейке, дальше лестница, ведущая вниз, к реке. Вздыхаю и протираю глаза, не зная с чего начать.
— Зачем приехал? — разрывает тишину Серёжа.
От его голоса, такого родного, любимого, и так близко… Меня ноги не держат, и я сажусь на скамейке напротив него.
— Почему ты не звонил? — задаю вопрос, что мучал меня всю дорогу.
— Не важно, — хрипло отвечает.
Не выдержав мой взгляд, отворачивается.
— Мне важно! — настаиваю я.
— Не надо было приезжать, — продолжает он нести хуйню.
— Я тебе не нужен? — голос дрогнул, и ком в горле растёт.
— Тебе я не нужен, — опускает голову. — Тебе лучше уйти, — бьёт словами больнее, чем хлыстом.
— Что ты несёшь?! — срываюсь. — Что это ещё за бред?! — ору так, что птицы с деревьев улетают.
— Я калека, — поднимает голову. — Сам почти ничего не могу делать…
— Ты идиот? — горько усмехаюсь. — Я тебя полгода ищу, твоё тело, чтобы похоронить по-человечески. Я спать нормально не могу, есть, пить, дышать. У меня душа выжжена, сердце в клочья. Я каждый, блять, месяц еду к долбаному обрыву с одной мыслью: срываться вниз, к тебе. А ты, сука, сидишь и паришься, что ходить не можешь…
Зарываюсь пальцами в волосы и глотаю жадно воздух.
— Да ты идиот! — поднимаю взгляд на него, сидит с виноватым лицом.
— Мне было страшно, — тихо говорит он. — Я не хотел видеть жалость в твоих глаза, не хотел, ясно?! — повышает тон, смотря на меня с вызовом.
— Я тебя люблю, придурок. Мне по хрен какой ты, главное, что жив! — притягиваю кресло ближе.
Беру его за руку и чувствую себя как никогда живым и полным сил.
— Не всем дают второго шанса, — шепчу я. — Иногда то, что ты имеешь сегодня, может быть лучшее, что случится в твоей жизнь. В любви, Серёжа, страхов нет, — приближаюсь к его лицу, и сердце ошибается на один удар.
— Прости, — тихо, хрипло.
— Я так скучал, — выдыхаю ему в губы и впиваюсь в них.
Всё тело дрожит от эмоций, голова кружится, руки вцепляются в его свитер. Родные губы, родной запах. Дурею.
Серёжа обнимает за шею, притягивая меня ещё ближе к себе. Целую его, не в силах оторваться.
— Не опущу! Никогда! — говорю я и беру его лицо в свои ладони. — Никогда, слышишь?
Он поспешно кивает и тянется ко мне. Обнимаю его, стискиваю в своих объятиях что есть силы. Утыкаюсь носом в его шею и дышу. Им. Своим профессором. Чувствую стук его сердца и не понимаю, как я выжил без него. Как смог столько продержаться и не сдохнуть от тоски.
