— Мать ее за ногу! — ругается Дан, захлопывая крышку ноута.
Он был чертовски раздражен. Вот, что она сейчас делает? В общаге или опять с Федоровым? И снова Федоров, куда не повернись везде он. Поговорить с ним что ли? И ведь Жене явно с этим Петрушей нравится — вон, хохотала, как ненормальная. И ведь хотелось бы думать, что фальшивка, что концерт этот очередной для него закатила, но не похоже. И вот теперь он в попутках и абсолютно не понимает, с кем она хочет быть: с Федоровым или с ним, Богданом. Парень был уверен, что тогда, на проспекте, ее унесло так же как и его. Он не идиот и видел. Но, может, у нее так со всеми?
И сам не заметил, как телефон уже в руках, набран номер Жени, и он слышит длинные гудки в трубке, а потом механический голос предлагает оставить сообщение.
Специально не взяла или так занята собеседником? Думать о том, чем эти двое могут быть увлечены, он не хотел. Постарался отвлечься, щелкая пультом телевизора. Нашел более-менее «удобоваримый» канал, но посидев три минуты, понял, что мысли о ней заставляют его пропускать содержимое передачи. А потому решил совместить приятное с полезным. И через какое-то время он уже несся по беговой дорожке на какой-то беспредельной скорости, воткнув взгляд в экран. И чем настойчивее в его голову врывались мысли о тех двух, тем выше он устанавливал скорость. И не известно сколько бы это продолжалось, если бы не звук рингтона, который ворвался в этот нескончаемый процесс. Спрыгнув с тренажера, подбежал к дивану, где оставил телефон, надеясь увидеть на дисплее ее имя.
— Чего тебе, Макс?
— Ооооо, я кого-то прервал? — засмеялся Ветров. — Опана. Ты уже со Швед? Я тебя от нее отвлек?
— Ага, почти. С «Ямагучей» резвился, — вновь судорожно вдохнул воздух, восстанавливая дыхание. — Что хотел?
— Ямагуча? Кто такая? Японка?
— Японка, японка, — заржал парень. — Да, дорожка это беговая.
— Фу, как скучно. Скучнее только анонизм.
— Тебе виднее, — смеясь, парировал. И добавил нетерпеливо. — Макс, ты хотел чего-то или просто так?
— А да. Петрович просил тебе передать — завтра он ставит две тренировки: в десять утра и в шесть вечера. Просил, чтобы ты сообщил всем.
— Понял. Спасибо.
— И все-таки, Макаров, смотри-ка, глубинка-то тебе не по зубам, раз с японкой душу отводишь? — не удержался и подколол Макс.
— Ветров, знаешь что?
— Да-да? Весь во внимании.
— Да пошел ты!
И под смех несносного друга повесил трубку. Чтобы тут же снова набрать контакт с именем «Шведка» и наткнуться вновь на гудки и предложение оставить сообщение. Как же это все!.. Отшвырнул трубку.
И что делать? Ехать караулить ее у общаги? Бред какой-то.
Вновь схватил мобильник и набрал номер. И уже через пару часов Богдана в щеку целовала сияющая, как медный пятак, Ливанова.
Не помогает, — делал неутешительные выводы Макаров, украдкой поглядывая на часы. Вот уже битый час он крутил в руках чашку, слушал болтовню девушки, да время от времени вставлял реплики. Иногда даже получалось впопад. В конце концов он плюнул и позволил Милане переключиться на монолог, а сам же пустил свои мысли в интересующем его русле.
— Богдааааан.
Парень поднял глаза в немом вопросе.
— Ты меня слушаешь? — с улыбкой, без доли раздражения спросила девушка.
А ему она пресной какой-то показалась. Хоть бы характер какой проявила или гордость. Скучно, неинтересно. Она ничем не отличается от многих и многих других. Вот Женя, та да. Жару даст, будьте покойны. С перчинкой девчонка. Неееет, — усмехнулся, — с большим таким чилийским перцем.
— Ты о чем таком веселом думаешь? Поделишься?
— О перце, — ответил, как есть.
— О перце? — она недоуменно хлопала глазами. — О каком перце?
— О большом чилийском перце, — уже в открытую захохотал он.
— Ничего не понимаю, — нахмурилась Милана.
— Тебе и не надо. Так, о чем ты говорила?
Она помолчала. Может, действительно, вспоминала свою последнюю мысль, а, может обмозговывала что-то.
— Ах. Ну да. Я предложила уйти отсюда. Хочешь, поехали ко мне? — понизив голос, произнесла девушка.
Можно подумать, что в этом кафе есть кому-то дело до того, что они собираются делать, — ехидно подумал Макаров, оставляя наконец-то в покое бедную кружку.
— Завтра две тренировки, — кинул и уже в открытую посмотрел на часы.
Но организм, так или иначе, требовал хорошего качественного секса. А в этом Милана толк знала. Богдан мог только представлять себе уровень познаний Жени в данном вопросе. Хотя тот единственный яркий поцелуй с ней, подсказывал, что кто-кто, а эта девочка его весьма удивит в постели.
— Поехали тогда к тебе, — ворвался голос девушки в его размышления. Опустил глаза на свою ладонь, которую накрыла ухоженная ручка Миланы с поблескивающими кольцами на тоненьких пальчиках.
Однозначно, в колечках не стекляшки вставлены, — без энтузиазма сделал вывод.
«Брильянтовый мальчик, а у тебя есть брильянты? А у меня нет и никогда не было», — и совсем другие пальчики на лице.
Несколько раз моргнул, прогоняя наваждение.
— Поехали, — резко вскочил, кинул купюры на стол, поднял девушку и быстрым шагом, не выпуская ее руки, повел на выход.
