– Привет тебе от Мария, – добавил он. – Тот ужасно жалел, что не может с тобой повидаться.
– Будь добр передать ему мой привет и искренние слова сочувствия, – ответил я. – Поскольку хотел бы наконец-то встретиться с ним, не находясь на расстоянии вытянутой руки от смертельной опасности.
– Юношески резкие суждения, – покачал головой Вельрод. Я видел, что он слегка веселится, и задумался над тем, что же на самом деле значили его слова. – Матфей! – повернулся он к одному из своих людей. – Помоги спешиться госпоже.
Инквизитор, названный Матфеем, соскочил с седла и приблизился. Подал руку Карле, но у той они были связаны в запястьях, поэтому протянула ему обе. Матфей увидел веревки, нахмурился, и я заметил, что взглянул на колдунью с неким вопросом во взгляде, она же чуть заметно покачала головой.
Воспользовавшись помощью Матфея, Карла легко соскочила с моего скакуна и встала на земле, а инквизитор перерезал путы вынутым из-за голенища ножом. Я заметил, что он делает это весьма осторожно. Они отошли к конику, ведомому третьим пришлецом.
– Принимаем твоего… узника. – Вельрод снова легонько усмехнулся, выговаривая последнее слово. – Надеюсь, ты не против?
Я сомневался, что проживу достаточно долго, если скажу, что имею что-то против. Ха, наверняка жизнь моя окажется тогда не дольше времени полета арбалетной стрелы.
И как понимаете, милые мои, я не хотел проверять, насколько Арнольд Вельрод понимает шутки.
– Конечно, нет, – ответил я. – Я тебе обязан.
– Ох, нет, Мордимер, – замахал он руками. – Это мы искренне обязаны тебе. Ты весьма помог нам в этом неблагодарном и, не стану скрывать, – поднял он со значением палец, – и не побоюсь откровенно признаться, весьма загадочном деле. До времени явления демона, что произошло в твоем присутствии, мы не были уверены, в чем там дело. Мы надеемся, ты составишь подробный рапорт Его Преосвященству с изложением факта, что появился новый вид сатанинского слуги – и весьма опасного при этом, как ты сам испытал… – вздохнул он. – Эти сведения наверняка пригодятся другим инквизиторам, у которых, глядишь, не окажется твоих столь милых Господу внимательности и умений. А потому их святой жар может быть использован во зло.
– Сделаю, что только смогу, чтобы въяве описать всю опасность этой новой твари, – пообещал я.
– Суть каковой опасности, как полагаю, была тебе всецело явлена, верно?
– Я лишь поделилась некоторыми мыслями, – вмешалась Карла. – Мастер же Маддердин оказался настолько быстр разумом, что самостоятельно добрался до сути проблемы.
– Наверняка все так и было, – покивал Вельрод, довольный, словно учитель, ученик которого сумел доказать, что обладает некоторыми важными умениями. – И спешу тебе сообщить, Мордимер: в Амшиласе не забудут и о твоих ошибках… – Голос его затвердел.
Я лишь кивнул, поскольку – а что еще мог сделать?
Не так давно я не оправдал доверие и дал возможность скрыться сторонникам демона, вожделеющего ужасных жертв. Не знал, выследил ли Инквизиториум виновных, и не намеревался расспрашивать об этом, раз уже никто не дал мне шанс вести расследование и искупить ошибку.
– Но эти ошибки прощены, – добавила неожиданно Карла.
– Разве, госпожа? – Вельрод на миг казался удивленным ее словами. – Ха, прощены, – повторил он, словно пробуя на вкус это слово и стараясь понять его смысл. – Ну что ж, раз так говоришь, – добавил. Потом снова обернулся к ней. – Мы можем уже ехать?
– Конечно, – ответила Карла и усмехнулась мне. – До свидания, Мордимер, а говорю «до свидания», поскольку верю, что мы еще встретимся…
– Ага! – произнес Вельрод, словно с недоверием.
– Именно так, Арнольд, – глянула она в его сторону. – Встретимся, поскольку в сердце нашего друга горит огонь истинной веры, а это нечасто встречается в наши подлые времена. Жар истинной веры поможет ему в тяжелые времена, что близятся. – Она прервалась на миг, но все молчали, а ее голос приобрел необычную, гипнотическую силу. – И времена те грядут быстрее, нежели мы предполагаем. И тогда застучат Божьи топоры и отделят больные ветви от здорового ствола…
Она смотрела прямо мне в лицо, а у меня не было сил, чтобы выдержать этот взгляд, поэтому я опустил глаза.
– Грядут времена, когда другие отрекутся трижды, многие вместе с Господом повлекут Его крест, а избранные примут также и Его меч, – сказала Карла, и голос ее, казалось, проникал в самую душу.
Некоторое время все молчали, словно бы вслушиваясь в ее слова, пусть даже те и отзвучали уже. Потом девушка искренне усмехнулась, и морок развеялся.
– Едем, – сказала она весело. – И не станем тревожиться о дне грядущем!
Мы глядели, как она уезжает, а когда все вчетвером пропали за деревьями, Второй поерзал в седле и сплюнул под копыта коня.
– Че, они, типа, ее сожгут или как? – спросил.
– Конечно, близнец, – ответил я. – Конечно.
