— То есть, вы не религиозный Орден? — недоверчиво хмыкнул Баа Ци, — Не верите ни в духов, ни в бога? Ну бог — такой старичок седой, сидит на облачке, смотрит за вами, чтобы не грешили.
— Чушь какая-то, — вмешался фро Типелли. — Как ваш седой старик может сидеть на облаке? Он же свалится! Да и не увидишь оттуда ничего, с такой высоты!
— Темная душа ведь может левитировать, — вступился за Баа Ци фро Кам. — Возможно, имеется в виду подобное ей существо.
— Тогда тем более не понимаю! — категорично отрезал фро Типелли. — Если это сверхсущество, ему что, больше делать нечего, как отслеживать, что мы тут творим? Вот бы я за воробьями сидел и поглядывал — какой из них кого клюнул?
Трисмегас в своем углу хрюкнул от смеха.
— Да какой он бог, чучело огородное! Не верьте ему!
— Ах ты… еретик! — выругался Баа Ци, схватил пустую миску и швырнул, извернувшись в цепях, в противника. Тот лишь крякнул, принимая в лоб глиняную посудину, разлетевшуюся от удара на куски.
— То есть, перед нами душевнобольной человек, возомнивший себя сверхсуществом? — покосился на колдуна-отступника Суператор, даже глазом не моргнув.
— Нет, он не сумасшедший в прямом смысле слова, — нехотя сообщил Трисмегас. — И не человек. Это арагма, можно даже сказать — суперарагма.
— Великолепно! — всплеснул руками фро Типелли с нескрываемым сарказмом. — А теперь поясните, что есть арагма?
— Вот это чудо, что в меня миской швырнуло — вот он и арагма.
— Суперарагма! — поправил с гордостью Баа Ци. — То есть, бог!
Суператор переглянулся с фро Типелли.
— Очч интересно, — сказал Суператор. — Господин арагма по имени Баа Ци, может, теперь вы в свою очередь опознаете существо напротив вас с шишкой на лбу от разбитой миски? Она, кстати, казенная и ее стоимость будет взыскана с вас путем конфискации личных вещей.
— А для меня самого секрет, что это за зверушка диковинная, — ответил Баа Ци. — Видите ли, я долгое время находился в Изнанке Вселенной, где проводил время, волею судьбы оказавшись вне собственного Мироздания, охотясь на разных диковинных чудовищ. Вот одно из них и есть Трисмегас. Оно украло мой меч! Верни меч, скотина!
— Какой меч тебе вернуть, кусок дебила! — не выдержал Трисмегас. — Какой еще меч, если я и есть меч! Я завладел разумом той твари и был таков!
Некоторое время Баа Ци недоверчиво разглядывал свое оружие в человеческом облике. Потом спросил с ноткой сомнения:
— Да ладно брехать. Будь ты меч, какого черты ты тогда от меня сбежал, такого красивого и умного?
— Да потому что ты подонок и сволочь! — вскричал Трисмегас о наболевшем. Затем обратился к рыцарям тоном детсадовского ябеды. — А еще, господа допрашивающие, хочу отметить, что этот Баа Ци для своих подлых нужд переделывал меня в мясорубку! Обычную столовую мясорубку!
Несмотря на то, что перекрестный допрос изначально двинулся по сценарию утренника в сумасшедшем доме, рыцари посмотрели на Трисмегаса сочувственно. Для них меч был самым почитаемым видом оружия, самым благородным. Переделывать его под кухонные нужды выглядело диким и варварским поступком. Баа Ци покраснел от ярости, и брызгая слюной, заорал:
— Слушай, ты! Оружие! Твое дело молчать и резать! Кто слово тебе вообще дал? Еще блин имечко себе выдумал какое — Трисмегас! Не слушайте его, господа дознаватели, у моего меча просто кукушечка поехала, с долей мании величия. Триждывеликий, блин!
— А как вы его сами называли? — не теряя хладнокровия, спросил Суператор. Другой бы уже давно удалился прочь с криком: «Да они тут все психи!» Но верховный магистр уже повидал в своей жизни разные чудеса. Именно он начал хитрую комбинацию, позволившую выйти на Шаймони, обхитрить старика, добыть власть над Темной душой и провернуть прочие вещи, требующие гибкого и незашоренного ума. Так что и теперь не исключал, что перед ним именно существа из других миров, а не спятившие простолюдины.
— Как его называть? Меч и все. Это же оружие, зачем оружию имя? — удивился Баа Ци.
— У любого оружия должно быть имя, — возразил с укоризной фро Кам, между делом что-то записывая гусиным пером на куске телячьей кожи. — Как может оружие без имени? Меч это вам не сковородка или скалка!
— Совершенно верно! — поддержал Суператор, красивым жестом пригладив рукоять своего меча. — К примеру, мой клинок назван Амадой. У фро Типелли легендарный прадедовский Скребок. Да что там меч, вот у Рубера даже копье имеет имя Лапушка-Разлучница. Так вы не заметили, дорогой Баа Ци, что он с ним как с живым разговаривает? Оружию без имени никак нельзя и оттого наше орденское вам порицание!
— Идиотизм какой-то, — прокомментировал полученный выговор Ордена Баа Ци.
— Оу, господин Баа Ци! — многообещающе улыбнулся Трисмегас, — идиотизм только начинается! Хе-хе. Господин магистр, коли я оружие, ведь я неподсуден трибуналу Ордена. Он же не рассматривает дела и поступки
