Ворота разлетелись на втором или третьем взрыве. Огромные животные со всего маха врубались рогами в створки, те стонали, едва сдерживая мощный удар. И тут же детонировала взрывчатка на головах зубров. Отчего разрывало в клочья и самих животных и разносило в щепы часть створ. Наблюдая, как вертится в воздухе задняя нога зубрятины, один из бойцов мрачно пошутил, что по крайней мере говядиной на ближайшие пару дней гарнизон обеспечен.
— А ты чего не колдуешь? — спросила Саша Аню. Тот чуть хлопнул ее по спине, поддерживая боевой дух в своей помощнице и доверительно сообщил:
— Мне кажется, они как раз того и ждут. Прощупывают, где я, что я могу. Чтобы как засекли мой удар, сами потом бац и атаковать. А я не буду ударять!
— Не будешь? — разочаровалась Саша, еще памятуя, как после прошлой колдовской атаки летели клочки по закоулочкам от дерзнувшего напасть на крепость неприятеля.
— Не буду! — заверил Аня. — Этим займешься ты!
Многострадальные ворота и в прошлый раз оказывались под первым ударом врага. И вот теперь одна створка превратилась в щепы, что разлетелись, щедрым дождем окатив закрывшихся щитами бойцов Краснотала. А вторая, чуть качнувшись, сиротливо скрипнула и рухнула сама. В проем уже набегали первые ряды пехотинцев, причем, атаковали по уму, с копьями наперевес, плотной стеной, укрывшись штурмовыми щитами в полный рост. Но только они показались в воротах, как со всех ближайших крыш привстали стрелки, давая залп. Стрелы, мощные, бронебойные, с утробным гулом пошли поверх голов копьеносцев Мараша, вонзаясь во вражеский строй. Пробивали щиты, доспехи, шлемы, отбрасывали убойной силой тела первых несчастливцев на вторые и третьи ряды. А те и готовы были к подобному долгими упражнениями, да только в них, воспользовавшись временным смятением, уже вонзили свои копья славным ударом «всевдруг» бойцы Краснотала.
— Пошла давильня! — равнодушно сообщил отец Саши, наблюдая за схваткой пехотинцев. Смотрел он на дерущихся отрешенно, будто наблюдал футбольный матч команд из второй футбольной лиги. Дочь он предусмотрительно заворотил от разворачивающейся баталии, полагая, что подобное смотреть маленькой девочке нельзя.
Действительно, подобное иначе как давильней и не назовешь. Два отряда копейщиков столкнулись друг с другом в сомкнутом строю, в великой тесноте лоб в лоб, копья на копья, вдавились друг в друга, пронзая тела несчастливцев, проламывая щиты, нанизывая на одно острие и по два и более противника, как повезет. Краснотальцы первое время смогли загнать обратно в проем ворот вражескую пехоту, пользуясь поддержкой стрелков и более длинными копьями. Да только едва отступающие зашли за проем, стрелкам уже было несподручно бить их с крыш, штурмующие приободрились, перестроились, пустив вперед свежий отряд. Контратаковали. Кричали и хрипели в тесноте и духоте люди, с треском лопались копья, расходились щиты, орали «давай!» командиры всех рангов. А иногда и сами рядовые бойцы, увлеченные схваткой.
Ветер заметно стих. Видимо, неизвестный невидимый вражеский колдун решил, что тот сыграл свою роль. Либо слаб был коллега Мечтателя, либо экономил силы, считая, что это лишь начало схватки. А силы еще пригодятся для более опасного врага, чем горстка мужиков с копьями. Силы пригодятся против Ани.
— Пора, Саша, — мягко прошептал Мечтатель. — Закрывай глаза и желай врагу смерти.
— И что? Они действительно возьмут и умрут? — удивилась Саша.
— Мертвое не умирает, — усмехнулся Мечтатель, косясь на побледневшего отца своей напарницы. Через стену по городу навесно пустили арбалетные болты стрелки атакующего войска. Над Сашей мгновенно вырос щит отца. Герди запоздало постарался поднять такой же над Мечтателем, но тот лишь поморщился, не глядя схватив в воздухе падающий на его плечо снаряд. Фокус для стороннего зрителя впечатляющий, но Аня понимал, что болт был на излете, утратил убойную силу. Таким макаром можно было и пули ловить голыми руками.
Саше очень хотелось поколдовать по-взрослому. Но как — она представления не имела. Просто брать и представлять смерть людей? Так просто? Аня прошептал ей на ухо, обхватив сильными холодными пальцами виски девочки.
— Напряги воображение: поскольку ты ребенок, оно у тебя должно быть богатое, и представь какую-нибудь гадость в отношении вражеских копейщиков. Любую! Они там в таком клинче, что любая помеха будет на руку защитникам.
На самом деле от нее требовалась лишь работа воображения. И свой стиль удара — чтобы изучившие ранее стиль удара Мечтателя неизвестные враги поняли, что имеют дело с другим противником. А силы и умение для удара Саше предоставлял Аня.
— Ну? — нетерпеливо спросил Мечтатель. Терялись драгоценные секунды, в давильне гибли один за другим копейщики Краснотала, но ничего не происходило. Потом он почувствовал сигнал воображения Саши. И осознал, что шел этот сигнал уже давно, просто настолько неожиданным оказался… Мечтатель даже растерялся на время, не сразу поняв, как реализовать полученное.
