Простому человеку хватило бы одного прикосновения Тёмной души, чтобы отправиться на встречу к предкам. Аня почувствовал мощный удар по организму, идущий смертельными вибрациями от кожи Темной души и лишь богатый запас тнете удерживал его тело в целости и сохранности.
Только бы не потерять концентрацию, только бы не потерять концентрацию…
И тут Аня взвизгнул от неожиданной боли. Изловчившийся Мараш таки решился атаковать Тёмную душу, но не железом, а огнём. Ткнув в неё горящий факел. Да только извернувшаяся девица закрылась от удара Мечтателем. Раскалённый факел вонзился в его спину.
– Малец! – завопил Мараш, – Малец, ты же горишь!
– С чего бы это, да!? – взвизгнул ещё раз Аня, ощущая, как с поясницы вверх потянулось пламя, жадно поглощая его рубаху. Делали ту из какого-то горючего материала. Так что вскоре он пылал полностью. Впрочем, огонь перекинулся и на Тёмную душу, потому она и не воспользовалась потерей концентрации своего противника. Её рот раскрылся, обнажая чистые ровные зубы. Она зашипела в бессильной ярости, ощущая, как огонь начинает глодать юбку и перекидывается на длинные косы. И сама потеряла концентрацию.
Всё время поединка они не только боролись телесно, но и пытались выбить друг из друга весь энергетический запас. Мечтатель имел врожденное свойство обращаться к энергии разума – тнете. Чем сейчас и пользовался, едва сдерживая натиск энергии иного вида, неизвестного ему, но наверняка вредного для здоровья человека. Иначе бы Тёмная душа не стала его задействовать в виде оружия. И вот когда огонь перекинулся на волосы этого странного существа с косичками, оно потеряло на миг концентрацию, перестало вгонять через кожу рук в тело человека свою силу. Она вообще вряд ли ожидала, что её противником окажется не обычный человек, а некто, способный ударить своей энергией на ее энергетический удар. Она была не готова к драке на равных. И Мечтатель мгновенно воспользовался этим.
Для Мараша и сторонних наблюдателей, что уже сбегались от пиршественных столов на вопли воеводы и стремительные разряды разноцветных молний удар Ани показался ослепляющей вспышкой мгновенно родившегося и тут же исчезнувшего солнца, переливающегося от фиолетового, бирюзового к голубому отсвету и обратно. Удар ошеломил Тёмную душу, но Аня с ужасом понял, что та сразу начала приходить в себя, готовя ответный выплеск своей энергии. Кожа рук, через которую передавал он тнете своей спарринг-партнерше, была слишком толстой, солидная доля заряда уходила на преодоление этой защиты. Надо было бить туда, где кожа тоньше.
Порыв ветра взвил пламя, обвил им два сплетенных тела, от которых потянуло и опалённой кожей, и горящими волосами. Недолго думая, Мечтатель одним рывком притянул брыкающуюся Тёмную душу к себе, впился губами прямо в её полуоткрытые губы. И пока она не пришла в себя, ударил всем запасом тнете ещё раз.
Потом он потерял сознание. Пришел в себя уже внизу, под стеной. Его щедро окатили студеной водой из ведра, послали за врачом.
– Где?
– Улетела! – радостно крикнул Восолап.
Мараш рассказал подробнее, выдав свою версию финала поединка:
– Как ты полез её портить, тискать да целовать при всём честном народе, так она бабахнула синим цветом и понеслась прочь! Будет знать! Ты сам-то как? Очухался?
– Понемногу прихожу в себя, – сказал Мечтатель. Едва он попытался подняться, к нему с готовностью подскочил Герди, помогая встать. Рубаха на спине прогорела, но бойца с колдовскими силами уже накрыли куском холстины. Какая-то бабка стремилась натереть ожоги сметанкой, Аня сказал, что не требуется. Ему хватало тнете защититься от термического урона. Другое дело – залечить следы когтей Тёмной души, что располосовала кожу на животе.
– Все это мелочи, – сказал Аня, когда полусонная и молчаливая Светлана Николаевна усадила его на лавку и стала обрабатывать раны тряпицей, смоченной вином. – Ты, Мараш, о другом лучше подумай. Чего эта Тёмная душа у стены делала? Зачем она там вообще ошивалась?
Рука врача дрогнула, Аня зашипел, корчась.
– В смысле, зачем? – удивился глупому вопросу Мараш. – Тебя поджидала, чтоб напасть и сожрать!
Мечтатель только скривился от этой простодушной догадки.
– Был у неё какой-то иной смысл, – упрямо сказал он. Света домотала чистую тряпку на его животе и сказала, что далее медицина умывает руки и уходит спать. А если господину хорошему неймётся еще кого отлупить в столь поздний час, пусть поищет кого-то не столь опасного, как Тёмная душа. Мараша, к примеру.
Герди с одной стороны, еще какой-то мужик с другой аккуратно подняли раненного и потащили в дом к воеводе. Тот щедро предоставил в нём лучшее место своему дорогому гостю.
– И все же, для чего она там… – пробормотал Аня. Только сейчас прошла горячка поединка и начала сказываться усталость. Силы стремительно покидали его, он уже начинал клевать носом. Укладывали его на ложе уже спящим.
Хрррясь!
