— Артефакты, — ответил я. — Повышенный коэффициент снижения веса и программируемый взрыв. Пройдут стандартные меры защиты. Инструкцию потом заберёшь, на телефон скидывать не буду, а то мало ли, вдруг вы и в плане информационных технологий лажаете.
— Мы не лажаем, и что-то я не совсем понимаю… — взял он артефакты.
— Что тебе непонятно? Берёшь триста килограмм взрывчатки, грузишь в кольцо, вешаешь на боевой дрон, наводишь на шибко умную мастерицу проклятий и стираешь её с лица земли.
За эти три недели выяснилось, что на стороне Рима выступает полубогиня-ведьма, которая и проклинает наших воинов.
— А какой коэффициент снижения веса? — заинтересовался Зануда.
— Один к ста.
— О-о, — выдал он.
— Именно. Не облажайтесь.
Золотой стандарт современной артефакторики — один к десяти. Это одна из причин, почему кольца так редко использовали для создания артефактов пространства. Попробуй хотя бы килограммовое кольцо потаскать. Одарённому с большим количеством звёзд в первой чакре это не так сложно, но и комфорта маловато. Документы, наличка, парочка артефактов — вот что обычно таскают внутри. В военном деле те же самые проблемы. Точнее, я не знал, какие именно там проблемы, но логично предположить, что предложенный мной коэффициент — это прорыв. Двести килограмм взрывчатки, которые весят как два килограмма и имеют функцию защиты от обнаружения — это возможность прицепить артефакт к малому дрону и подвести к нужной цели. Ну, или взять одного смертника, выдать ему все артефакты и загрузить в каждый не по двести килограмм чего-то опасного, а по две тонны. После чего отправить напрямую, в обход всяких ПВО и прочих штук, которые не дают как следует приложить ракетой или чем-то таким. Ладно, не буду гадать. В местном военном деле я не так уж и силён.
Забегая вперёд, ещё спустя две недели пришли новости о том, что мастерица проклятий уничтожена.
На какое-то время от меня отстали. Наблюдая за новостями, которые так или иначе против моей воли доходили, после комментариев Зануды я окончательно убедился, что сей конфликт перешёл в разряд — аристократы меряются тем, у кого длиннее. Освещение подавалось соответствующее. С пафосной картинкой, громкими заявлениями, но почему-то воспринималось это как какое-то кино, а не что-то реальное. Наверняка обычные легионеры с обеих сторон были другого мнения, но такова жизнь. Не уверен, что их кто-то спрашивал.
Как бы там ни было, жизнь продолжалась. Учёба шла своим чередом. Наша троица погружалась в свои проекты. Постепенно голод по качественной теории был утолён. Руки зачесались чем-нибудь заняться, и наконец-то мы добрались до родовой земли.
Ну как добрались. Ну как до родовой. Родовой она станет, если я смогу её очистить. Или не я, а моя команда, потому что на место выдвинулась вся наша троица.
— Как-то пока не похоже на место, в котором захочется жить, — осторожно заметила Елена, когда мы прилетели вживую посмотреть, что здесь и как.
— Что поделать, такие куски родовой земли просто так на дороге не валяются. Но ты права. Выглядит так себе.
Место это имело долгую историю. Лет пятьсот назад здесь сжигали ведьм. Потом перестали, и несколько веков это был просто тёмный лес со всякой гадостью. Дальше там поселилось одно семейство. Кто-то вроде Самохина. То есть тёмный архимаг, выступающий на стороне империи. Поучаствовала эта семейка и в прошлой большой войне за независимость. С печальным для себя итогом. Рим жахнул по этой локации чем-то особо мощным. Там потом случился прорыв какой-то хтони, были предприняты многочисленные попытки очистить землю (неудачные), и, как бы сказал Мышкин, наложилось сразу много факторов. Из приятного — там находился источник восьмого ранга. Из неприятного — вокруг локации, которая была полностью погружена в туман, возвышался модифицированные лес, который задерживал и перемалывал всё, что оттуда лезло. Также здесь стояла военная база, которая прикрыла выходы к городу. Строительные компании беспощадны, и, как известно, Москва не резиновая, поэтому ближайшие дома находились чуть ли не на расстоянии вытянутой руки от леса.
Эта зона — настоящая заноза в городе. Почти две сотни квадратных километров непригодной земли. Раньше это место было на окраине, но с тех пор город значительно разросся. Не центр, конечно, но и не Подмосковье.
Лакомый кусочек. Если с ним разобраться, а потом вбухать сотню-другую миллиардов, чтобы построить здесь что-нибудь полезное и облагородить территорию. Ну да это меньшая из проблем. Убери угрозу, и инвесторы сами выстроятся. Свободной-то территории в столице почти не осталось, а на той, что есть, много желающих выстраивается.
— Работать будем по правилам или как обычно? — спросила Даура.
— Давайте по правилам. Заглянем сначала к военным, спросим, что да как. Не хотелось бы, чтобы они пальнули по нам, — ответил я.
