Я подумал использовать это как проект для получения статуса мастера, но… Этот статус мне выдали через пару дней, просто так. На самом деле не просто, а с обоснованием, но никуда идти, ничего сдавать не пришлось.
— А что ты хотел? — спросил Михайлович. — Над нами все смеются. Какой-то подмастерье великие мечи пачками куёт.
Оставалось промолчать и принять изменения. Мне не нравилось то, что так поступили вопреки моим словам, что сдавать буду как все. Написал Зануде, что он мерзавец. Мужчина сделал вид, что не понимает, о чём речь. Как будто я не догадался, что он со своими аналитиками представил, как может пройти мой экзамен, и от греха подальше решил меня на него не пускать. Елене и Дауре таких привилегий не предоставили. Первая великие артефакты не ковала, а второй на статусы было плевать. Ну да Елена потом, в начале следующего года, заглянула на сдачу аттестации, предоставив в качестве проекта металлического дракона. Я сидел в коридоре и мог себе позволить слышать, что там происходит за дверью. Девушку признали годной в рекордно быстрые одну минуту семнадцать секунд.
Но история не об этом.
Заниматься одной землёй и возведением дома у меня не было никакого желания. Безусловно, это важные проекты, но я же не обычный смертный, который собирается свить гнездо, чтобы прожить там до самой смерти, считая это чем-то по-настоящему важным. Если моё тело умрёт, я перейду в другую форму, снова стану богом. Так смысл мне привязываться к земле и бетону? Только в рамках этой жизни, которую я хотел прожить на полную, в том числе как порядочный семьянин.
В общем, на это дело я выделил часть времени в расписании, но далеко не всё. Учёба, подготовка к экзаменам, всякие разные проекты. Сковал я и три щита. Наработок у меня хватало, придумать продвинутые варианты не составило труда. Щиты я отправил семи мечникам. Точнее, тем трём из них, кто пользовался щитами. Отправил за свой счёт, с требованием предоставить мне отчёт после испытаний в полевых условиях, так сказать.
Испытания прошли успешно. Через несколько дней со мной вышли на связь и передали многочисленные благодарности. Щиты-то я делал так, чтобы подходили конкретным мечам, что образовывало синергию, а на уровне сильных одарённых десять-двадцать процентов к общей силе — это очень много.
Всё бы хорошо, но история на этом не заканчивается, а только начинается. Я написал Зануде, мол, смотри, какие классные щиты делаю, выдай мне материалы по теме и расскажи в целом, что там со сложными защитными системами. Сам мужчина рассказать не мог, но посодействовал, и я получил доступ к некоторым разработкам, в которые и погрузился с головой. Тем временем военный конфликт сосредоточился в одной точке на границе, с регулярной игрой мускулами и попытками уколоть друг друга. Я как-то специально послушал новости и что люди говорят, но так и не смог понять, кто побеждает. То наши прорывались и делали большой бабах. То к нам прорывались, гнали наших и делали большой бабах. Не шучу, если попытаться кратко описать ход военных действий, то как-то так и выходило. Но это всё же была война. Со своими жертвами. Так в один из дней, уже в феврале следующего года, общество резко всколыхнулось, когда прошла новость, что убито сразу трое великих мечников. Они, между прочим, стали лицом этой войны, поэтому удар в медийном плане был серьёзным.
И вот представьте. Военному конфликту уже полгода. Трупов с обеих сторон — тысячи. Сми горланят, как бешеные, качая народ по эмоциям. Лица этой войны, трое из семи мечников, убиты. Не первый раз там состав уже менялся, но всё равно. Общий траур, лёгкая паника, пессимизм, жаркие споры среди студентов.
На фоне этого, когда меня на улице встретил уже знакомый господин, чью визитку я неизвестно куда дел, а имя не запомнил, ощущалось это особо дико.
— Господин Эварницкий, — добродушно сказал мне римский дипломат. — Минутку не уделите?
Признаюсь, я сильно удивился. Как бы даже не знал, что и сказать. Империи сражаются. Помимо воинов на передовой в этом принимают участие самые разные специалисты. Я тоже свой вклад внёс, как артефактор. Вклад достаточно ощутимый, чтобы всерьёз опасаться привета от Рима. Подставы там, попытки устранения. Да хотя бы парочки архимагов, что жахнет по мне.
— Смею заверить, я с мирными намерениями. Никто не собирается причинять вам вред, — продолжал улыбаться мужчина.
— Я не настолько наивен, чтобы верить кому-либо на слово.
— Понимаю вас. Тем не менее я хочу всего лишь поговорить. Можем сделать это в любом месте в любое время. Или, если вы располагаете свободной минутой, можем пообщаться в машине, — указал он на солидное авто с дипломатическими номерами.
— Почему бы и не пообщаться, — пожал я плечами. — Искренне надеюсь, что это не ловушка.
— Как можно. Я же посол. Выкину что-нибудь такое и лишусь должности, — улыбнулся он.
