- Вот где находятся боги. Там. Они не связаны законами природы. Я обтесываю одним образом, используя линии расколов, чтобы помочь работе, и боги согласны со мной, что делать нужно так, и остаются в камне бездеятельными. Хотя время от времени они меняют природный ход вещей - боги работают именно так. Эти действия, давление, и есть то, что мы ищем в каменных осколках. Это дает нам доказательство того, что боги искусны. И напоминают нам, что мы испытываем их терпение. Если они решили, что могут разъединить весь камень - посмотри на Градский камень, разрушен полностью. Именно поэтому мы должны проверять, что отслаивается от камня. Бдительность -- вот первая и величайшая обязанность всех клановых ведунов, и начинается она с анализа пыли.
Принять такое было сложно. Это было интересно, но недостаточно. Бриму хотелось учиться вещам более важным, чем пыль. Откуда пришли Каменные Боги? Существуют ли они так же давно, как и боги суллов? Что случится, если суллы решат вернуть себе земли кланов? Не начнут ли эти две группы богов между собой войну?
Огмор не обманывался на его счет - он знал, когда ученик невнимателен.
- Иди, - холодно сказал он после того, как Брим сделал ряд ошибок. - Возможно, завтра ты поймешь лучше.
Сейчас, подходя к молельне, Брим не был уверен, что считает необходимым посвятить остаток своих дней анализу крошечных каменных осколков. Все это казалось мелочью.
Он продолжал думать о Робби, понимая, что этого делать не стоит, но все равно продолжал. Это было как ноющий зуб, ты не можешь удержаться от того, чтобы его не ощупывать. Почему Робби не послал записку? Неужели он больше не считает Брима родственником?
- Брим Кормак.
Брим, пораженный, поднял глаза. Он шагал по неубранному снегу как раз у западной стороны молельни, и не думал, что кто-то здесь появится.
Из тени от северной стены молельни вышел человек с желто-зелеными глазами, который ранее переправлялся на пароме через реку. Он был старше, чем это виделось издали, но годы изменили его иначе, чем других. Лицо скорее затвердело, чем постарело. На смену полноте вышли кости, а многолетнее пребывание на морозе и солнце плотно натянуло кожу на всей переносице и челюсти. Когда он шел к Бриму, его долгополое пальто для верховой езды оставляло на снегу стремительные линии.
- Я Хью Маллин, - сказал он голосом, которым редко удается пренебречь. Я объездчик. И друг Ангуса Лока.
Брим хорошо помнил визит Ангуса Лока в Дхун. Тем не менее, он не ожидал, что незнакомцу будет о нем известно. Разве что сам Ангус Лок рассказал этому человеку об их встрече?
- Пойдем со мной, - предложил Хью Маллин, подразумевая под этими словами многое.
Объездчик прокладывал путь на северо-запад в сторону леса. Брим увидел, что он все еще держал в руках тот же предмет, что и во время переправы. Это был кусок медвежьей шкуры. Сплюснутая шапка.
Дверь-в-двери молельни была закрыта, и Брим проводил ее долгим взглядом, прежде чем последовал за объездчиком под прикрытие деревьев.
Леса к северу от Молочного были непроходимой ловушкой-чащобой из разросшейся лозы, дубов, вязов, болиголова, лип и чернокаменной сосны. Корни, побеги лозы и терновника таились под снегом, как ловушки, готовые дать подножку и уколоть. У Брима мелькнула мысль остановиться и заправить брюки в сапоги, но Хью Маллин целенаправленно шел вперед и пропал бы из вида за несколько мгновений. Объездчик не оглядывался, чтобы проверять продвижение Брима.
Он должен быть вооружен, принял во внимание Брим, но все оружие, которое у него было, скрывало пальто. Был ли он представлен Враэне Молочный Камень или старшему воину Харальду Маулу? Брим решил, что если бы объездчик хотел появиться тайно, он приехал бы с севера и не пересекал бы реку. Сколько времени он прождал за молельней? В голове Брима мысли метались, и он понял, что вспоминает слова Галки Танди. Ястреб и паук - вот как мастер меча охарактеризовал объездчика Ангуса Лока.
Добравшись до поляны, где побеги лиственных пород сражались за территорию с крошечными, прекрасно сформированными сосенками, Хью Маллин замедлил шаг и совсем остановился.
- Раньше она использовалась в день Альбана, чтобы здесь держать древнюю стражу от теней, - сказал он, шапкой смахивая снег с упавшего ствола. - Дважды в год, в самый длинный и самый короткий день. Складывали пирамиду из дров в двадцать футов вышиной, и на закате ее поджигали. С целью отогнать тени и прочее зло. Можно сказать, что теневая стража не проводилась с тех пор, как место брата заняла Враэна, а тени возвращаются только сейчас.
Хью Маллин сел на бревно. Его лицо от мороза загорело, но губы остались бледными. Темные седеющие волосы были тонко сплетены и собраны сзади воинским узлом. Такая работа занимала у искусного плетельщика целый день, но, однажды выполненная, она не требовала рук в течение полугода.
- Как же лес? - спросил Брим; это были первые слова, которые он произнес. - От такого сильного огня он мог вспыхнуть.
