Это была самая странная ночь из всех, что она помнила, проведенных в круглом доме Черного Града. Даже смерть Дагро не причинила таких разрушений, какие произвела смерть Анвин. Даже разрушение Градского камня не оставляло клан столь опустошенным и утратившим внутреннюю опору. Она всегда была сердцем клана, той, кто действовал в центре событий, отдавал приказы, подавал пиво, останавливал бессмысленные споры, следил, чтобы сыты были все. Чтобы справиться со смертью Анвин, им была нужна Анвин Птаха. Или кто-то вроде нее. Вместо этого они получили жену вождя, которая в этом несчастье оставила их наедине с горем, кухонных работников, которые занялись бы приготовлением горячей еды и принесли бы прохладное пиво, если бы кто-то догадался им приказать, вождя, который воевал где-то вдали от дома, и кланового ведуна, который провел почти весь вечер в Большом Очаге, закрывшись со старшими воинами.
Рейна видела большие дубовые двери, проход в которые перекрыли новики со скрещенными копьями, и не очень-то хотела прорываться силой. Она понимала, что за ними готовится какая-то махинация, с которой ей вскоре в ходе событий придется столкнуться.
Клобучники -- вот слово, что той длинной ночью позже явилось из Большого Очага. Черноградцы насторожились, их руки частенько опускались на рукояти мечей, когда они спускались по лестницам, взгляды метались по группам людей, которые собрались ниже, в больших сенях.
Робби Дан Дхун прислал в Черный Град тайных убийц, чтобы устроить террор и поразить клан в самое сердце. Рваный Король счел градское войско, расположенное на Банненском поле, слишком сильным, и способным помешать захвату Ганмиддиша Дхуном. Он был известен как вождь, не знакомый с угрызениями совести - смотрите, как он разделался со своим соперником и дядей Скиннером Дхуном - вот и теперь он использует грязные приемы, какие лишь и можно ожидать от такого человека. В его планах - так запугать людей, чтобы Мейс Черный Град отправил половину свой армии домой.
- Мы должны ждать новых ударов, - предупредил Станниг Бид присягнувших клану воинов. - Смерть нашей любимой Анвин - это только начало.
Эти слова были сказаны не всему клану, и Рейна услышала их лишь позже в пересказе. Корби Миз дал ей краткий отчет о том, что произошло за закрытыми дверьми.
- Рейна, - сказал он голосом, сдавленным от переполнявших его чувств. - Станниг считает, что в доме может скрываться клобучник.
Рейна на него попросту уставилась. Как это может быть, чтобы такой хороший человек, как Корби Миз, мог поверить такой лжи? Клобучник? Неужели он не помнит, что последний раз слухи о клобучниках ходили, когда будто бы они убили Шор Гормалин, и с тех пор слуху о них больше не было? Как это возможно, что и она, и молотобоец прожили все это время рядом, и получили в итоге совершенно разное представление об истине?
Она сказала ему только одно, потому что это было единственное, что было правдой совершенно точно:
- Скиннер Дхун для Робби не дядя, Робби - Кормак, назвавший себя Дхуном после того, как решил, что, если как следует поискать среди материнских предков, он докажет ее родство с дхунскими королями.
Корби сдержанно взглянул на нее.
- Станниг употребил это выражение только как образное выражение.
Она бы поспорила, что не только. Она готова была поклясться, что это не так.
Опытные воины организовали той ночью отряд с факелами, выехав из градского дома с длинными горящими головнями, помещенными в рога на копьях. Рейна понять их назначение не могла, разве что как потребность добрых людей хоть как-то противодействовать злу. Станниг Бид ехал во главе отряда, и кроме нее, больше никто не сомневался, что такое поведение для кланового ведуна уместно.
Умерла женщина, пользовавшаяся величайшим уважением в клане. Он был ведуном. Разве ему не нужно готовиться к церемонии?
Двумя днями позже, в то время как Лайда Лунная и Меррит Ганло натирали тело Анвин ртутным молочком, два скарпийца нашли мертвую Джейни Гайло. Ее горло было перерезано от уха до уха, а тело сброшено в сруб старого огородного колодца. Оно уже окоченело.
Если у Рейны и оставались какие-то сомнения, они начисто пропали. Обеих женщин убил Станниг Бид. Анвин Птаха представляла для него угрозу. Ее статус в клане был высок, она искусно использовала свое влияние, и день, когда она решила открыто выступить против него, стал ее последним днем. "Станниг Бид - не клановый ведун, и это должно быть продемонстрировано. Нас много. Мы можем отправить его обратно в Скарп". Последние слова Анвин прозвучали где-то так, несомненно переданные почти дословно хорошенькой малышкой Джейни Гайло, вскоре после того, как были сказаны.
Бедная маленькая глупышка. Вряд ли ей было больше семнадцати. Слишком юная, чтобы быть убитой за рассказанные сплетни.
