Меч на закате полностью

Позже, когда пожар был уже наполовину потушен, я сидел в центре форума на бортике богато украшенной чаши фонтана, на руке у меня висел повод Ариановой уздечки, и я ждал, пока старый жеребец утолит жажду; тем временем конница, пехота и воины в боевой раскраске рыскали по всему Эбуракуму в поисках бежавших саксов, а Кей с небольшим отрядом легкой конницы летел следом за другими беглецами в сторону побережья; и вокруг меня кипел ревущий поток победы. Рядом со мной стоял рослый человек. Я видел его в первых рядах неистовой толпы, напавшей на ворота; он был светловолос, точно какой-нибудь сакс, но его шею охватывал серый железный невольничий ошейник, а в руках у него был обнаженный меч, который он заботливо чистил пучком травы, вырванным у основания фонтана.

— Кем бы ты ни был, друг, я должен поблагодарить тебя.

Мой собственный голос, тяжело и хрипло прозвучавший в моих ушах, заставил меня очнуться.

— Что до того, кто я такой, так я — кузнец Джейсон; и вот потому-то у меня в руках это, а не выдернутая из плетня жердь или мясницкий нож. А тот парень, — он указал клинком на другого человека, который шел мимо, пошатываясь под тяжестью большого кувшина с вином, — был учетчиком зерна в городском хранилище; а это Сильвианий, у которого была собственная земля и целая комната книг для чтения… а вот это Хелен, наша золотая Хелен.

Посмотрев в ту сторону, куда он указывал, я распознал женщину, которую тоже видел в самой гуще сражения.

— Морские Волки обращались с ней, как с обыкновенной шлюхой, и ей это не очень-то нравилось, ведь она в течение десяти и более лет была хозяйкой собственного дома с девушками. Теперь-то, как видишь, почти все мы — невольники, — он коснулся рукой обруча у себя на шее. — Прекрасная свита для графа Британского, не так ли?

— Прекрасная свита, — согласился я. — Что касается невольничьих ошейников, то, без сомнения, ты сможешь с ними разделаться, кузнец Джейсон, и мои оружейники тебе помогут. Если бы не ты и твое войско, то большая часть наших отрядов, по всей вероятности, выла бы сегодня под воротами Эбуракума, а мы с моим авангардом лежали бы, изрубленные в кровавые ошметки, в уличных канавах, — я взглянул на него. Он явно был вождем этого отряда оборванцев. — Как тебе это удалось?

Он пожал могучими плечами.

— У нас были планы — два или три, чтобы действовать по ним в зависимости от того, какой из них покажется нам лучшим в данный момент; составлять их было одно удовольствие. Нам стало легче сходиться вместе после того, как столько наших хозяев отправилось на военную тропу; и легче было убежать, когда этот данный момент пришел. Сначала мы собирались просто вырваться на свободу, но потом, когда до нас дошли слухи об их поражении и о смерти Хенгеста, мы догадались, что должно произойти, и подумали, что сначала маленько обождем, а уж потом вырвемся на свободу и тогда присоединимся к тебе или протянем тебе дружескую руку изнутри — как придется.

— Думаю, это был твой план.

Смелость такого решения хорошо сочеталась с его твердо сжатым ртом.

— Мой и Хелен, — он снова указал подбородком на женщину в ярких лохмотьях и стеклянных браслетах, которая повернулась на ходу, чтобы стрельнуть подведенными глазами в сторону ближайшего из Товарищей. — Хелен — сокровище, а не девушка. Она стоит десятерых таких, как мы, и ей не очень-то нравится, когда ее перебрасывают от одного похотливого кабана к другому без всяких там «разрешите-извините», и это после того, как она столько времени была полноправной хозяйкой борделя, — он хохотнул; его смешок был теплым веселым рокотом глубоко под золотистым пушком у него на груди. — Это ей пришло в голову караулить твое появление, посылая то одну, то другую девушку отнести наверх какую-нибудь еду и кувшин с пивом да полюбезничать с часовыми на стенах. И когда поднялся крик, и девушка, что была в тот момент наверху, слетела вниз, вереща, что ты уже наступаешь Морским Волкам на пятки, мы поняли, что настал момент приводить наши планы в действие. К этому времени мы по большей части лежали затаившись в кустах в старом монастырском саду, а кое-кто из нас тайком поднялся на вал и расправился со стоящими там дозорными…, — он сделал легкое, жуткое колющее движение большими пальцами. — Это достаточно легко, если тебе удается подобраться к своей жертве так близко, чтобы ударить ее в затылок прежде, чем она тебя услышит. Их было не очень много, но их оружие добавило кое-что к нашим запасам. К этому времени первые из Морских Волков уже добежали до моста, а остальное ты знаешь.

— Остальное я знаю.

— Если вдуматься, достаточно просто.

— Если вдуматься, — отозвался я, и мы обменялись удовлетворенным взглядом.

Все это время по городу — то ближе, то дальше — шла охота, и ветер то и дело доносил до нас вонь потухшего пожара. По заросшей травой брусчатке прозвучали торопливые шаги, и когда я обернулся, со мной рядом остановился Флавиан.