Я осторожно ступаю, Макс повторяет каждый мой шаг. Впереди за извилистыми камнями виднеются три прохода. В одном из них мы можем найти меч. А можем и не найти. Я стараюсь не думать об этом и продолжаю двигаться.
Внезапно за нами раздается громкий звук, и огромная глыба падает прямо за спиной Макса, наполовину преграждая путь.
– Черт подери, да мы здесь погибнем! Женя, давай обратно, путь отхода уже наполовину прегражден.
– Максим, если пойдем обратно, то есть риск погибнуть от рук головорезов.
– Мы вызовем помощь, мы…
– Нет, если спасательная операция полиции провалится, всех заложников убьют. Командир наемников наверняка не дурак и выбрал место в лесу, откуда ему видны все пути подхода и отхода. Он увидит полицейских и убьет людей. Нам нужно двигаться дальше, а не тратить время на разговоры.
На этих словах я молча поворачиваюсь в сторону трех проходов, не обращая внимания на Волкова, но вскоре понимаю, что он идет за мной. Смелый парень, другой уже развернулся бы и в панике сбежал. Но этому я помогла подавить приступ паники. Сейчас не время разглагольствовать или бояться.
Перед тремя проходами располагается пропасть, которую никак не обойти. Что за дивное природное сооружение – горы. Издалека ты смотришь на них и видишь перед собой величественные каменные пласты. Но многие из них скрывают внутри себя множество проходов и закоулков. Арталон – одна из таких гор. Не просто громадный камень, возвышающийся над землей, а камень, наполненный водоемами и сетью проходов.
– Макс, нужно снова прыгать.
– Я уж понял. Расстояние больше, чем в предыдущей пещере.
– Допрыгнешь?
– Полагаю, что это риторический вопрос, потому что выбора у меня нет.
– Правильно полагаешь. За мной.
Наши голоса эхом отдаются в пещере и смешиваются с другими звуками. Гора будто бы общается с нами. Интересно, что она говорит? Расстояние от одного уступа до другого действительно внушительное, поэтому прыгать нужно с разбега.
Три шага назад, разбег, прыжок, я на другой стороне. Мое приземление отдается эхом, вниз падают мелкие камешки. Максим делает три шага назад, разбегается и перепрыгивает – очень уверенно.
Мы стоим рядом и думаем, в какой из трех проходов пойти сначала. Я наблюдаю, как Волков делает выбор с помощью детской считалочки, и это поднимает мне настроение.
– Лучший способ сделать выбор, который я знаю.
– То-то же, – с улыбкой отвечает Макс. – Нам в первый проход. Думаю, разделяться – идея плохая.
– Это точно. В первый так в первый, идем. Камера все это время снимает?
– Да, но осталось мало заряда. Так что надо поспешить.
Первый проход оказывается очень узким и низким. Нам приходится пробираться сквозь камни боком и присевши. Однако впереди виднеется пустота, а это значит, что за проходом что-то есть.
Проход заканчивается небольшим каменным выступом, на котором мы с Максимом едва умещаемся вдвоем. Перед нами – огромная пропасть, заканчивающаяся пластом камня – видимо, потолок предыдущей пещеры, судя по тому, насколько низко находится пласт. Если сорваться, то можно разбиться в лепешку. По обе стороны можно аккуратно пройти впритирку со скалой – даже тропинкой эти каменные выступы не назовешь. Настолько они узкие.
– Смотри влево, я осмотрю правую сторону. Попытаемся определить, стоит ли вообще рисковать, идя по этим выступам. – Я поворачиваюсь вправо и замечаю, что тропа будто бы уходит за поворот, а это значит, что там может быть что-то еще.
– Не вижу ничего похожего на комнату. Что у тебя?
– А у меня поворот. Взгляни.
Макс присматривается и отвечает:
– И правда, тропинка уходит вправо. Вдруг там что-то есть. Ну давай. – Парень ставит кулак, давая понять, что собирается решить, кто же пойдет по выступу, с помощью классической игры «Камень-ножницы-бумага».
– Ты все с помощью игр решаешь?
– А что? Будет справедливо.
– Согласна. Но туда пойду я. Давай камеру.
– Ты уверена?
– Только не надо геройствовать.
– И не думал. – Волков вешает мне на шею камеру, я прижимаюсь лицом к скале и начинаю идти.
Я двигаюсь левым боком вперед, понимая, что смотреть вниз не стоит, но, как и многие на моем месте, я допускаю эту ошибку. Как же страшно думать о себе, лежащей внизу на том огромном пласте с переломанными костями.
«Так, Женя, соберись, ты дойдешь».
Только я себя успокаиваю, как под правой ногой обламывается камень и она повисает в воздухе, сердце начинает бешено биться.
– Женя, осторожно! – Максим кричит очень громко, и эхо отдается в пустом пространстве так сильно, что сверху начинают сыпаться камни.
– Тише ты там, со мной все нормально, – говорю я тихо, но настолько, чтобы Макс меня услышал.
Не хватало еще обвала верхних пород. На самом деле со мной далеко не все нормально – у меня едва не случился инфаркт.
Выбора нет, приходится двигаться дальше. Я делаю это медленнее, чем начинала, надеясь, что никакой камень под ногами больше не обломается – путь обратно и так уже подпорчен.
Перед поворотом я говорю Максу, чтобы не кричал, а стоял и ждал, пока я вернусь. Мне невероятно сложно идти, а Волкову наверняка будет очень трудно ждать, ведь нет никакой гарантии, что я вернусь.
