— Это ещё кто? — произнёс «нинзя», справившись с рефлексами и сообразив, что я не милиционер и не собирался арестовывать начальника и заставлять его подавать сигналы.
— «Капуанский беглец», — ответил разведчик. Видимо, мне уже присвоили кодовое наименование.
— Как, уже попался? — снова подал голос преторианец, потеряв интерес и убирая бластер обратно в кобуру.
— Я выслушал его и не осуждаю. Парень действовал толково, хочет забрать свою мать в Союз. Вот, её. Думаю, препятствий к этому не будет, ну, заплатит штраф за издержки Внешней разведки и всё.
— А меня зачем вызвал? Хочешь подать почётный эскорт?
— Проследи, чтобы милиция доблестно проспала этот важный момент и пошли кого-нибудь из ребят, чтобы проводить до Союза. У него хорошие знакомые во дворце, да и дело необычное, думаю, всё уладится, ты же знаешь императора. Кстати, Магон, что там творится в лагере? Ничего странного не заметил? А то мне послышался какой-то подозрительный шорох, когда выходил из кабинета, но такого чутья-то у меня нет.
— Да вроде бы всё спокойно. До входа пробирался с предосторожностями, как обычно, но ничего не почувствовал. Дальше не знаю.
— Всё-таки нельзя их недооценивать. У них есть такой лейтенант Домин, он суёт свой нос везде и всюду, того и гляди, спровоцирует драку. Он обнаружил ваш «эн-пэ» в перелеске и постоянно бродит возле горы, как бы вас самих не засёк.
— Приборы из «эн-пэ» мы убрали, а без них он ничем не отличается от большого сорочьего гнезда. А насчёт нас не беспокойся, мы своё дело знаем, и не в таких переделках бывали.
За окном послышалось движение, словно кто-то задел росшее под ним деревце. Преторианец по-кошачьи грациозно и совершенно бесшумно отпрыгнул к столу и ухватился за рукоять бластера, опять рефлексы сработали. На его лице появилось выражение сильнейшей тревоги.
— Наши все на местах, здесь есть кто-то чужой, — прошептал он, — нужно уходить.
Разведчик и сам встревожился, полез в сейф, вытащил из него несколько листов бумаги и, сложив их вчетверо, спрятал за пазуху, затем снял плазмомёт с предохранителя, тот ответил тихим свистом и зажегшимися один за другим огоньками индикаторов — полный заряд.
— Марина Ивановна, — сказал он, повернувшись к моей маме, — идите с Магоном через подземный ход, а мы с вашим сыном следом, лифт выдерживает только двоих. Магон, — и произнёс несколько слов на македонианском.
Тот кивнул, они с матерью вошли в кабинку мини-лифта, и стена встала на своё место.
— Так, приборов в здании нет, я всё ношу с собой, документы забрал, свидетелей тоже, — пробормотал начальник лагеря, ухмыльнувшись при последних словах, — если нас засекли, придётся эвакуировать форпост, а если уйти по-тихому не дадут, придётся прорываться с боем, сдаваться нельзя, — оружие, документы… Вот уж не думал, что провалю его. И никаких предпосылок ведь не было, только приехала следственная группа по делу полуторамесячной давности…
— Бросайте оружие! Вы окружены, сопротивление бесполезно! — раздался за окном голос, усиленный мегафоном.
— Вот дьявол, — ругнулся начальник, поднял руку с оружием и выстрелил в свой стол.
Сгусток плазмы ослепительной звездой мгновенно пробил ДСП-панели насквозь и вонзился в пол, раскалив бетонную плиту под ним докрасна. Стол заполыхал костром сразу весь, пламя мгновенно перекинулось на занавески и стулья. Следующий выстрел спустя секунду — в окно, треск и звон разлетевшегося мелкими каплями стекла, ярчайшая бесшумная вспышка и чей-то сдавленный крик на улице. В ответ раздался нестройный треск пистолетных выстрелов и даже короткая автоматная очередь. Разведчик прыгнул в окно, упал на землю, покатился, как ёж, свернувшись клубком и выстрелив несколько раз вправо и влево, прямо, как персонаж боевика. Я, чуть поколебавшись, прыгнул за ним, а что ещё оставалось делать? Пламя пожара и вспышки на несколько секунд ослепили нападающих, да и сам факт начавшегося боя их ошеломил, мы вскочили и бросились бежать, но почти сразу путь преградили несколько человек с автоматами в руках и в шлемах с прозрачными забралами. Их было шестеро, а не четыре человека, приехавших в следственной группе, а значит, не я в этом был виноват, они появились только что, судя по тому, что и разведчик ничего не знал.
Его вбитый в подкорку постоянными тренировками боевой рефлекс пришёл в действие, несмотря на некоторое замешательство при виде численно превосходящего противника. Я даже не успел испугаться. Плазмомёт в руках начальника полыхнул три раза, послав короткую очередь из раскалённых добела сгустков материи в людей впереди. Один попал точно в человека, два других — в землю под ногами, но и этого было предостаточно. Слитный вопль шестерых горящих автоматчиков оборвался почти сразу, захлебнувшись в адском пламени. Мы обежали огненную лужу и обугленные тела в ней, после чего припустили что есть мочи в сторону речки. Откуда-то сбоку появился Магон Марк, тащивший мою маму на руках — так быстро бегать она не могла. Сзади затрещали запоздалые выстрелы, пули засвистели над нашими головами. Разведчик хрипло крикнул:
— Где твой флаер?
