Они поворачиваются ко мне.
— Где он?
— Мерзкий, глупый, импульсивный щенок. Как с тобой тяжело было работать…
Каждое произнесённое слово зарождало во мне абсолютно новое чувство.
— И самку, породившую тебя, еле отвадил.
— Ах ты, тварь!
Моё тело метнулось вперёд, вкладывая все силы и пробуждённые рефлексы в один удар. Существо отлетело от пинка, приложившись головой об стену. Череп раскололся, его содержимое щедро плеснуло вокруг. Дикая боль пронзила и мой мозг, я тоже упал.
Роб-Рой потерял сознание. Сэмюэл стоял задумчиво, сжав правый кулак и рассматривая его.
— Провоцирование боевых рефлексов преторианца, статья сто восемь, часть два. Приговор приведён в исполнение автоматически. Врача сюда. Заседание закрывается.
***
Я провалялся в больнице почти две недели, под наблюдением специалистов по болезням мозга, кучи приборов, лично императора и странного тихого русского тёзки, похожего на меня, как две капли воды.
— В тебе оставили закладку на случай собственной гибели, — пояснил Сэм, — она сработала, но я был рядом и ослабил действие, после чего усилия врачей и Андрюхино зрение тебя спасли. Роб-Рою эт Форману повезло меньше.
— Что с ним?
— Он умер.
— … А Андрей причём?
— Он глазами видит всякое нематериальное. Мы установили, почему — во время путешествия по Пещере напился из одного источника… Его отец тоже подаёт надежды. Правда, добровольцам из числа наших людей почему-то не повезло, хотя вода на них подействовала. Врачи грешат на генетику… Но мы отвлеклись.
— От чего?
— Как выйдешь из больницы, тебя привезут во дворец. Мы собираем секретное совещание, пригласим аналитиков, нужно обобщить и систематизировать имеющуюся информацию. Вспоминай, что с тобой происходило, всё, что сможешь.
Посещала и мама.
— А я ведь приходила тогда к отцу, — рассказывала она, — вернее, не к отцу, а к тому, кто играл его роль. Стояла, ждала, а потом, когда он вышел, подумала: «И чего я сюда пришла? У него дел сейчас невпроворот, а я отвлекаю». Развернулась и направилась ловить такси, а он так ничего и не сказал. Теперь-то понимаю, что случилось…
— Мы найдём его, мам, — пообещал я, душой чувствуя, что так и будет, — я тоже полечу. Всё перероем, найдём. Подручные этой твари грунт на Марсе будут жрать.
— Не горячись, сынок, — тёплая мамина ладошка моментально уняла дрожь, — просто сделай. У тебя всё для того есть, даже команда. И девушку какую-то я здесь видела, красивая… Она не заходила?
Девушка? Эллия?.. Боже мой… «Кстати, Анри, я недавно видела Эллию, она просила передать, чтобы ты «как-нибудь, когда будешь свободен», зашёл к ней».
Год прошёл! Год!!!
Много же чего могло произойти за такую массу времени… Может, она уже вышла замуж? Живёт там сейчас, на своей вилле, парочка детей, заботливый муженёк, стирающий пелёнки. Модный спортсменчик какой-нибудь. Последняя мысль вызвала горькую ухмылку.
Из больницы я сорвался при первой же возможности. Чёртово совещание сначала, конечно…
— К сожалению, нашего главного свидетеля больше нет в живых, — констатировал Сэмюэл, — телепат его не пытал, а обрабатывал по-своему. Мы обнаружили в его покоях несколько неких странных… Назовём их «приборами». Один видели люди, которые вместе со мной штурмовали дворец. Как я и предполагал, он дал общую «волну», зацепившую, по уточнённым данным, около половины преторианцев охраны, после чего стал их собирать в тронном зале и обрабатывать более тщательно.
Он положил на круглый тёмный стол, за которым мы сидели, небольшую коробочку. Внутри были прочно закреплены какие-то кристаллы.
— Вот это было у него в руках. Мы с нашим визуализатором, — он взглянул на моего тёзку Мединцева, — пробовали подступиться, бесполезно. Нужны эксперименты, нужно время, а его нет. Вероятность, что сюда был вызван большой флот, есть. А у нас один с большой натяжкой крейсер и два десятка истребителей.
— На повторную экспедицию к Марсу должно хватить, — сказал Рэм.
— Должно. Но кораблей нам нужно больше. Я отдал приказ о подготовке к Инвазии в неполном варианте, только на территории Российской Федерации. Если кто не интересуется внешними новостями, сообщу, что они начали войну со своей бывшей автономной республикой на Кавказе, и потерпели серьёзное поражение. Общество раскалывается, телевидение на свою же армию льёт грязь. Момент удобный. Наша подготовка будет закончена как раз тогда, когда в обществе возникнут брожения разного рода.
— Я надеюсь, мы будем гуманны, — буркнул я.
— Гуманнее некуда. Мы даже оружие по людям применять не будем. Создан большой запас парализаторов, разного рода технических средств. Сразу начнём информационную атаку, перехватим все каналы. Андрей, как русский русскому — я сделаю всё, что в моих силах, и даже больше. Мы создадим новое государство, Земную Федерацию, первым в неё войдёт Империальный Союз, второй, пусть и не совсем по своей воле, Россия. Все остальные пусть смотрят и думают, а мы будем решать, кого приглашать, а кого нет.
— А если больше никто не захочет?
