— Хорошо подумай, действительно ли ты хочешь идти с нами, — пристально посмотрел из под бровей Смерч.
Настало неловкое молчание.
— Та ладно, парни, у малыша куча талантов, — встал на мою защиту Молот. — Если нам не придётся лезть по горам, он не подведёт.
Остальные повернулись к нему.
— Ты ещё не передумал его брать с собой, — спросил Завихрун.
— Мы ведь можем пойти через Миры Магии с максимально возможной скоростью, — кивнул Ворон.
Молот прыснул.
— Парни, вы поражаете меня своей наивностью. Против нас одна из самых древних ведьм Вселенной! О каких вообще Мирах Магии может идти речь?
— Ладно, ты прав, — хмыкнул Смерч.
— Идём через Миры с максимальной Отдачей. Тогда эта дура просто не сможет достать нас своими гнилыми зубами! Даже если нам преградит путь целая армия, мы хотя бы будем уверены, что мы хоть что-то сможем сделать!
— Ладно, была не была! — вздохнул Завихрун.
— Чему быть, тому не миновать, — согласился Ворон.
Они снова повернулись ко мне.
— Значит так, Олег, — сказал Энорус, присев и посмотрев мне в глаза, — мы сейчас будем бежать так, что только пятки сверкать будут! Чтобы не отстать, тебе потребуются все те знания, что я успел тебя научить, и все возможные резервы, которые у тебя только есть. Легко не будет. Ты меня понял? Хорошо. Не бойся истратить всё, что у тебя есть. Не бойся боли. Как бы то ни было, из портала ты выйдешь целый и отдохнувший, ещё сильнее, чем был. Можешь мне верить. Понял? Отлично. Тогда постарайся не отстать. Да будет с тобой Вселенная!
Они повернулись и собрались сорваться с мета, но тут кто-то вспомнил про пленника.
— А с этим что?
— С кем, — спросил Энорус, будто бы в его реальности того просто не существовало.
— Мы его можем добить, или кинуть так, — сказал Ворон, кивая на связанного чёрного рыцаря. Тот всхлипнул, попытался отползти, но снова упал и заплакал.
— Мне обязательно смотреть, как вы его добьёте? — спросил я. Мне совершенно не хотелось лицезреть смерть этого напуганного человека.
— Та ну его! — махнул рукой Энорус. — Сопляком меньше, сопляком больше, какая разница!
И мы побежали. Мы бежали так быстро, что у меня практически тут же запылали лёгкие. Я прогнал эту боль. Потом сердце стало судорожно сжиматься и стучать так, что хотело вырваться из груди. Сводило живот. Ноги наливались свинцом. Я прогнал и эту боль. Я ощутил единство со Вселенной! Ощутил, как она наполняет меня энергией, словно пушинку! Ощутил, как каждое моё движение наполняло меня Силой! Но этого на долго не хватало. Я верил, что до нашей цели всего пара шагов, как бы далеко она ни была. Но мы бежали ещё и ещё. Мне всё чаще и чаще приходилось обращаться за помощью ко Вселенной. Но этого на долго не хватало. Тогда я постарался не отпускать осознание себя, как её части. Но и этого лишь на несколько минут. Тогда я вспомнил анекдот про Чака Норриса. Или то был анекдот про Эноруса Фрая? Теперь я просто висел в пустоте и перебирал ногами. Это Вселенная проносилась вместо меня вокруг! И всё таки этот момент настал…
— Малыш!
— Олег, нам осталось совсем чуть-чуть!
Я упал и не мог пошевелить ни одним мускулом. У меня даже не хватало сил поднять веки!
— Парень, наберись Сил! Открой ещё Резервы!
— Поздно, — устало сказал я. — я уже даже вращал вокруг себя эту чёртову Вселенную…
— Мы почти пришли! Эй! Открой глаза! Смотри! Видишь! Вон там уже портал! Наполни себя его Сиянием!
Я устало посмотрел в лицо Молота.
— Эни, — сказал я будто чужим голосом. — там нет никакого портала…
Мои веки снова опустились.
— Эй!
— Эни…
— Что?!
— А ведь он прав. Я не чувствую там сияния прохода!
— Да! Мол, в общем, может нам стоит вернуться?
— К чёрту!
Меня снова кто-то затряс. Я через силу посмотрел на Эноруса.
— Малыш… Помнишь, как ты гасил воду? Помнишь? Да! Так вот, используй эту Силу! Трахни их всех в жопу!
Я попытался встать. Но снова упал на руки. Я отжался и провёл руками по песку. Лицо… Нос… Глаза… Брови… Волосы… Рот и тонкая шея… Воспоминания о моих снах мерно наполняли меня и наполняли моё тело. Что ж, Любимая, я дойду!
— Эх, подкаблучник, не завидую я тебе, — фыркнул Завихрун.
Я поднялся на ноги.
— Ты её знаешь? — спросил я. Всё таки мой портрет был далёк от оригинала, слишком я был ослаблен.
— Как только будем в Трискалье, я познакомлю тебя с одной своей знакомой, — заверил Смерч. — А теперь, бежим!
И мы снова побежали. Я уже не чувствовал усталости. Моё тело практически полностью перестало существовать для меня. Какая разница, если боль — это тоже не более, чем условность?
Когда мы были у цели нас ждал сюрприз. Точнее, это был сюрприз для меня. Мои спутники были к нему давно готовы.
