Всё же я не могу с честным видом сказать, что я рос самым обычным мальчишкой в своём родном мире. Большинство других детей считало меня изгоем. Мне нравилось моё одиночество. Никто не насмехался над тобой, когда ты был один. Никто не дразнил, не грубил и не кидался камнями. Дом моих дедушки и бабушки, к которым я приезжал гостить на лето, стоял в посёлке на краю с лесом. Однажды я на целый день убежал в этот лес. Тогда мне казались враньём истории, что в лесу можно заблудиться. Взрослые! Вы меня только пугаете, чтобы я туда не ходил! И нет там никаких волков, страшной Бабайки и прочих чудищ! В нашем мире их давно перестреляли охотники из палок стреляющих огнём! Именно так я тогда думал. Волков и чудищ я в лесу так и не встретил. Даже Бабайку не нашёл. Зато встретил несколько белочек, двух ёжиков и успел заметить миг, когда мимо меня пронёсся зайчик и тут же скрылся в чаще. Когда же Солнце начало садиться, тут то я и понял, что… Что понятия не имею, в какой стороне находится дом моих дедушки и бабушки! Весь день плутая по лесу мне и в голову не пришло оставлять за собой крошки. Да у меня с собой и было только печенье, которым я хотел поделиться с белочкой. Но они меня все слишком испугались и не стали его брать. Когда солнце потускнело и стало склоняться к горизонту, тут то я и вспомнил те страшные истории, которыми меня пугали перед лесом. А что, если все эти чудища появляются только ночью? Меня тогда даже пугало не то, что взрослые меня накажут, если не застанут дома вечером. Если бы это имело для меня какое-то значение, было бы значительно проще подружиться с зайчиком, белочкой и остаться жить в лесу. Но что, если с наступлением ночи придёт Серый Волк и съест меня? Он ведь тоже голодный за целый день. А у меня кончилось печенье. Глотая слюну я вспомнил, как вкусно готовила моя бабушка. Где-то там остался такой милый дом в саду и ужин на столе. Мне представился его вкусный аромат. От него веяло Теплом. Тогда я попытался ощутить, где же может быть это это самое Тепло. Я представил, откуда оно могло бы исходить. Потом я сказал себе, если Солнце там, то там значит Запад. А если там Запад, то значит мой дом — вон Там. И я быстрым уверенным шагом пошёл именно в выбранном собой направлении. Как ни странно, мне удалось выйти именно к дому моих родных. Как оказалось, за время моего отсутствия, меня успели хватиться и переискать по всем окрестностям. Мягкое место болело несколько дней, но в то, что в лесу можно заблудиться, я потом так и не верил. Как и не верил, что днём там бывают хищники. Мне потом сказали, что хищники ночью приходят из более далёкого леса и едят непослушных детей. Если дети сильно не послушные, то они могут прийти и забрать их прямо из дому. Тогда я спросил, как же звери узнают, что дети не послушные. В ответ мне пригрозили всё рассказать вон той сороке. А сороки они такие болтливые, что обязательно расскажут всем вокруг. В лес я потом всё равно сам пошёл ещё раз. Причём не раз. Причём обычно именно ночью. Специально, чтобы днём быть на виду и выглядеть послушным, а ночью самому отправиться на поиски Волка, пока он сам первый меня не нашёл и не напал, когда я бы того меньше всего ждал. Например во сне! Все домочадцы ночью спали, а потому меня так ни разу и не хватились. Почти. Кроме одного раза. Но то совсем другая история. Скажу лишь, что я подбил свою младшую сестру сходить со мной один раз и хотел продемонстрировать ей, что "бабаек" — не существует. После того случая она перестала заикаться примерно через год. Мягкое место болело значительно дольше, чем после того, как я ходил в лес первый раз сам. Бродить в него я перестал. Просто сестра за мной следила и всем докладывала, если вдруг что.
Теперь же моё Чутьё мне сильно пригодилось. Оно только усилилось в этом Мире полном Магии. Окружающая Тьма не была абсолютной. Откуда-то в неё проникал Свет. А если есть Вход, то значит, есть и Выход. Я шёл, полностью положившись на Силу. Я старался как можно выше подымать ноги, чтобы не споткнуться о камни и неровности. Время — только условность. Я не знаю, сколько его прошло, прежде чем, пройдя мириады длинных пещер, туннелей и развило, я вышел в просторный зал. Всю его поверхность покрывала вода. Лишь у стен было нагромождение камней, по которому я и пошёл, чтобы не упасть нечаянно в бездонную пропасть.
