Айка зарычала и залаяла так громко, как только могла. Раздался визг. По земле пробежала чья-то тень. Я повалил Таю на землю и прикрыл собой. Пасть щёлкнула прямо над нами. Нечто молнией взмыло вверх. Я поднял Таю и толкнул под дерево. От моей слабости не осталось ни следа. Во мне снова полыхал Огонь! Что ж… Цветик… Друг… Цветик, дружок, выручай!
Единение со Вселенной. Солнце, которое уже почти идёт к Закату. Громадный Костёр охвативший Весь Мир… Весь Мир Между моими ладонями! Я тихо обернул его в руках. Цветик не жёг моей кожи. Ну! Где ты?! ГДЕ ТЫ?!! Покажись, Зараза!
Дальнейшее я помню плохо. Всё было как во сне. Шум крыльев справа. Снова почти застывшее сердце, которое неизвестно когда стукнет вновь… Звонкий лай Айки, который становиться всё более низким и низким… Я не помню, как и с каким усилием я поворачивал голову. Помню только пасть и когти… которые метят мне прямо в лицо. Помню Цветика, который как маленькое Солнце летит прямо в эту пасть, чтобы отдать себя за меня… И удар…
— НЕТ! На этот раз я расскажу Яросвету Всё! Я всё равно обязан всех предупредить и он это узнает!
— Дедушка!
— Что-о-о?!
— Пожалуйста!
— НЕТ!
— Давай я скажу, что я сама её подстрелила! А потом сожгла труп! Прямо сейчас пойду воткну стрелу!
— Хорошо… Ты её подстрелила… А потом что? Сожгла Извечным Пламенем? Так, что костей почти не осталось?
— Ладно…. Допустим никто не поверит, что у меня вышло с огнём… Давай ты им скажешь, что сжёг! Для верности!
— НЕТ! Все знают, что у меня тоже нет власти над Огнём! Хорошо, мы сожгли… Но кто нам поверит, если увидят, что сожжена голова и пол туловища, а мы не смогли сжечь остальное… Кто нам тогда поверит! Ты хоть представь, какие слухи поползут! НЕТ!
— Ну пожалуйста!
— Ты хоть знаешь, как трудно сжечь тушу виверны? Ты хоть представляешь, как сильно эти твари могут сопротивляться Огню?
Настала тишина, прерываемая только всхлипами.
— Дедушка…
— Что ты разревелась? Ещё раз! У меня никогда в привычке врать не было! И начинать — не собираюсь!
— Я не о том…
— А-а-а… Что тебе сказать Цветику? Хо! А я почём знаю! Ты убедила меня его подобрать! Ты убедила меня его сюда принести! Ты и расхлёбывай!
Раздались новые всхлипы и завывания.
— Ну что ты так? Извини старика! Ты ж знаешь! Я в сердцах! Я не нарочно!
— Я знаю… Нет…. Фхм-пщ… Я… Мы точно не можем её спрятать и сказать, что только видели как она она пролетала мимо?
Раздался тяжёлый вздох.
— Внученька, если что-то можно сделать с Правильной стороны, это необязательно при первом же случае делать тяп-ляп и Слева. Все имеют Право… знать Правду. Это то, что нас отличает от сил Зла. Это то, что нам позволяет не скотиться до их уровня.
— Хорошо… Фрхмпш… Просто… Просто я не знаю…
— А ничего знать наперёд и не обязательно. Помнишь, что я тебе постоянно говорю? Нужно хотя бы Догадываться. Ясно? Если ты хотя бы догадываешься, как поступить… делай именно это. Скажи просто Правду. Это будет Правильным.
Раздался скрип половиц и шаги.
— Так… Вытри сопли. Твой приятель приходит в себя.
Я открыл глаза. Я был в той же комнате, что обнаружил себя после лихорадки. Голова гудела и была сильнейшая слабость. А в остальном я был почти в полном порядке. Я попытался привстать. Зря. Да, зря я это попытался сделать. Моя голова тут же закружилась и я упал на подушки. Когда кружение закончилось, началась сильная мигрень.
— На, выпей, — сказал старик и подсунул мне кухоль под рот. В нём было какое-то странное варево. Оно было непривычным на вкус, одновременно жирным и терпким. Я выпил всё до дна. В животе у меня сначала скрутил спазм, затем началось бурление, потом пошли газы. После газов началась изжога. Всё правильно. Земля, Вода, Воздух… и ИЗЖОГА! Цветик бы мне не сделал такой пакости! Я скривился. Затем после нескольких отрыжек стало легче.
— Что ж… Хорошо. Вам пока ничего не угрожает. Пойду подготовлю ещё настои.
Старик поставил кухоль на столик возле окна и вышел. Тая подсела ближе ко мне.
— Ты так сильно боишься своего Любимого?
— НЕТ!!! — в бешенстве сказала она. — Я просто так сильно его знаю!
— Вы с ним давно знакомы?
— С рождения. Просто я из горцев, он из хохлов. Его родители спасались у нас от остроухих.
Мы какое-то время молчали.
— Ненавижу хохлов! — вскричала она.
Я с удивлением на неё посмотрел.
— А чого то це ти нас ненавидиш?
На меня она посмотрела уже с Ненавистью. Почти такой же, как когда говорила про Яросвета.
— Ти теж із тих? Ладно, не кажи. Й так видно, шо ви з Квітиком одного поля ягоди.
— Так шо?…
Айя пару мгновения сидела втупившись перед собой в одну точку.
— Просто он сильно Впёртый! Не… Даже слов подобрать трудно для передачи этой черты характера! Он просто Упоротый!
— Кстати, хотел спросить. А как зовут твоего дедушку? Просто Дедушка?
— Нет. Его зовут Весемир. Он наш главный мольфар. А заодно учит меня всему, что знает. Нужно же мне хоть как-то оправдывать своё торчание здесь!
В дверь постучали. Зашёл высокий статный мужчина с густой короткой каштановой бородой.
Мужчина сурово посмотрел на Таю, потом на меня.
— Микула! Как же я рада тебя видеть!
