Нет, карлик Мелот не был двойным агентом, как, может быть, подумал кто-то из особо догадливых читателей. Не получал горбун вознаграждения с обеих сторон. И даже Мырддин не прикладывал руку к тому, чтобы спасти наших героев от верной гибели. Все получилось намного проще. Те, кто обладает слишком большим тайным знанием, забывают зачастую о самых элементарных вещах. Этакая гениальная небрежность. Поговаривают, что некоторые великие маги не умели шнуровать ботинки и чистить картошку. Так вот. Карлик из Аквитании не учел внезапно вышедшей на небо яркой луны, которая отбрасывала на траву необычайно резкие длинные тени, и как раз в сторону замка. Тристан и Изольда, подходя к сосне, не могли не заметить, что на ней кто-то сидит, а после даже догадались кто, ни разу, кстати, так и не подняв головы (хватило ума на это). И они упоенно шпарили свой текст строго по легенде, давно приготовленной как раз на такой случай.
Ну а замок Тинтайоль, конечно, не исчезал в эту ночь. Да и Бог с ним! Кому это теперь было нужно?
Гордон уняться не мог. (На то он и Гордон.) Денейлон тоже разошелся не на шутку. Андрол и Гинекол были вне себя, а уж Мерзадух с Вазеллиной просто кипели. Но главное, у Тристана с Изольдой появился теперь седьмой враг — зловещий горбун по имени Маленький Мелот из Аквитании. В истории с высокой сосной он был простым исполнителем: король приказал, колдун сделал. Приказ короля — закон, а против кого направлен — не его, карлика, дело. Теперь Мелота посадили в лужу непосредственно Тристан и Изольда. Аквитанский горбун был впервые за свою долгую жизнь изгнан с позором за плохо сделанную работу, и ему приходилось униженно скитаться по лесам, прятаться от людей и жить в землянке, словно какому-нибудь бродяге. Подобного оскорбления он не простил бы никому и отныне считал своими личными врагами и молодую жену, и любимого племянника короля Марка.
Карлик Мелот, сведущий в
И такой момент близился. Запахло, как говорится, керосином. Но, может быть, потому, что в десятом веке запах керосина решительно ни с чем не ассоциировался, любовники вновь легкомысленно расслабились.
С каким наслаждением забрались они опять в свою теплую, уютную баню! Ну прямо как будто в двадцатый век вернулись. Спокойно, хорошо, мило. Все трудности позади, и катайся теперь как сыр в масле хоть до самой старости. Такое было ощущение.
А меж тем верные слуги Перинис и Курнебрал уже рассказали им о большом совещании баронов у короля Марка, уже предупредили о надвигающейся опасности. Да только любовь поднималась выше всех опасностей, любовь диктовала свои условия игры, и они оба восприняли поступившую от слуг информацию со спокойной и величественной отстраненностью. «Хорошо, хорошо», — кивнули они дружно, дескать, понятно все, понятно, и пошли в баню. И принялись там рассуждать о социопсихологии и национальном самосознании кельтов и посткельтского населения Британских островов. Очень своевременный получился разговор. Наверное, со стороны выглядели они особенно импозантно: этакие недомывшиеся философы, магистры без штанов.
А в окружении короля творилось неладное. Дело было так. Карлик Мелот, охваченный жаждой мести, подговорил баронов провести новую решительную беседу с Марком. И беседа состоялась. Сначала кулуарная, когда пятеро во главе с сенешалем пригрозили бросить службу при дворе, а король невесело рассмеялся и ответил:
— Так, значит, вы не лучшие из моих ленников, раз покидаете меня в трудную минуту. Что ж, уезжайте куда хотите! Я не стану жалеть о вас.
— Хорошо, король, — сказал Мерзадух. — Но прежде чем уехать, мы соберем в большой торжественной зале всех баронов королевства. Мы хотим знать их отношение к происходящему.
