Ярцев быстро бросился в указанном направлении. Я двинулся за ним. А меньше, чем через минуту мы уже несли Ольгу по улице в направлении казармы. К нам навстречу из-за угла вылетел черный фургон и резко затормозил. За рулем сидел Коршунов. Он выскочил и, не теряя время на ненужные вопросы, открыл раздвижную дверь салона. Мы быстро погрузились и помчались в сторону Трофимово.
Я сразу принялся мерять Ольге пульс. К моему огромному облегчению он стабилизировался и судя по уверенно прощупываемым ударам, давление тоже более-менее нормализовалось. Но девчонка в сознание пока так и не пришла.
Дорога, как назло, была ухабистая и фургон сильно болтало. Я стащил с себя пиджак, сложил его в несколько раз и подложил Ольге под голову, придерживая ее руками. Кто бы мог подумать, что я так буду переживать за обычную девчонку? Если честно, я сам не понимал, что со мной такое: то ли это гормоны разыгрались, то ли остаточные проблески прошлой личности. Эти новые незнакомые ощущения были мне совсем не по душе, но поделать с этим я пока ничего не мог.
— Что с ней такое? — спросил Ярцев, когда заметил, что я стал понемногу успокаиваться.
— Черт его знает, — угрюмо буркнул я. — Я потерял сознание у себя в кабинете. А когда очнулся, она лежала на мне. Пульс почти не прощупывался. — Про адреналин я решил умолчать, чтобы не вызвать дополнительных вопросов и подозрений. — Кстати, как будем в зоне действия рации, надо связаться с нашими парнями в поселке. Пусть найдут доктора и предупредят, что мы едем.
Ярцев кивнул и принялся вызывать Трофимово. Но рация какое-то время не отвечала. Наконец, через пару минут бойцы вышли на связь. Ярцев сразу обозначил задачу по поиску врача и, отложив микрофон, вновь с беспокойством взглянул на меня. Было заметно, что Ольга его мало интересует. Он больше переживал по поводу моего внезапного обморока.
— Ваше сиятельство, вы себя точно хорошо чувствуете? Может вам тоже провериться? — осторожно спросил он.
— У меня все хорошо, Виктор Петрович. Видимо, напряжение последних дней сказалось. Мне надо просто хорошенько выспаться, — отмахнулся я.
Через десять минут мы тормознули у больницы. Наши бойцы были уже там. Мы с Ярцевым выскочили из фургона и вытащили носилки с Ольгой.
— Где доктор? — Ярцев бросил быстрый взгляд на бойцов.
— Пошел переодеваться. Сказал, что подойдет в приемный покой.
— Спасибо, парни. Возвращайтесь к своим делам, — быстро бросил Ярцев через плечо, занося носилки с Ольгой в здание больницы.
Мы протиснулись в приемный покой и осторожно положили Ольгу на каталку, стоящую у стены. Через минуту в комнату вошел доктор. Не обращая на нас никакого внимания, он сразу подошел к пациентке и начал осмотр.
Я всегда уважал таких людей, которые быстро оценивают ситуацию и, если она критическая, то не тратят время на ненужные формальности, а сразу приступают к работе.
Насколько я помнил из разговора со старостой, доктора звали Матвей Васильевич. И сейчас он медленно сканировал ладонью энергетическое тело Ольги. На его лице застыла печать легкого недоумения. Видимо, не удовлетворенный результатами первичного осмотра, он еще раз повторил некоторые процедуры. После этого, удивленно хмыкнув, он повернулся к нам и сказал:
— Девушка физически абсолютно здорова. Только вот ее жизненная сила… Ее почти не осталось. Такое, порой, случается при нападении туманника или призрачного вампира. Вы ее из диких земель привезли?
— Матвей Васильевич, если не ошибаюсь? — вежливо спросил я.
Доктор молча кивнул.
— Матвей Васильевич, девушке стало плохо дома, — продолжил я. — Никаких контактов с аномальными тварями у нее не было. Но сейчас вопрос даже не в этом. Мне бы хотелось, чтобы вы поставили ее на ноги. Можно как-то вернуть ей жизненную силу?
Я, конечно, заранее знал ответ, но, тем не менее, мне приходилось придерживаться роли графа Белова.
— Крепкий и продолжительный сон вернет ее к жизни, — спокойным голосом ответил доктор. — Правда проснется она, по всей видимости, не раньше завтрашнего вечера.
Понимая, что есть другие, более действенные средства, я немного подтолкнул доктора к нужному мне решению.
— А как-то ускорить этот процесс можно? Может есть какие-нибудь лекарства или зелья?
— Можно и ускорить. Но не за бесплатно. Лекарственный резерв больницы, к сожалению, очень скудный, а на его пополнение средств постоянно не хватает, — развел руками доктор.
— Сколько это будет стоить? — доставая бумажник, спросил я.
— Пятнадцать рублей, ваше сиятельство.
Доктор, увидев герб на бумажнике, видимо, только сейчас понял, кто перед ним, либо же просто умело сделал вид. Но сейчас это было абсолютно неважно.
— Вот сто рублей. На пополнение лекарственного резерва. — Я протянул доктору деньги. — Когда вы сможете привести в чувства нашу спящую красавицу? — напряженно взглянув на доктора, спросил я.
— Я думаю, пятнадцати минут хватит, чтобы инъекция подействовала, — уверенно ответил Матвей Васильевич. — Я сейчас же за ней схожу. — И он вышел из кабинета.
Как только дверь за ним закрылась, Ярцев задумчиво пробормотал, глядя на Ольгу:
