В это время рядом с нашими перешептывающимися собеседниками уселась шумная компания молодых аристократов и барон с его протеже вынуждены были, многозначительно переглянувшись, замолчать.
Тем временем партер, как и весь остальной зал, постепенно наполнился зрителями, прозвучал звонок, свет в зале приглушили и представление началось.
Во время первого акта многочисленные взоры любопытных зрителей то и дело обращались к ложам Дорониных и Зубовых. Обе пустовали. Все конечно же понимали, что неявка на премьеру этой знаменитой постановки может быть приравнена к признанию в том, что разошедшиеся по городу слухи имеют под собой реальные основания. Поэтому никто особо и не сомневался, что эти ложи сегодня в конце концов примут своих посетителей.
Примерно в середине первого акта любопытство зрителей наконец-то было удовлетворено, и дверь в ближайшую к сцене ложу бенуара отворилась. На пороге показался генерал-губернатор с супругой. Как ни в чем не бывало они уселись на кресла, по обыкновению осмотрели зал и противоположные ложи, обменялись парой-тройкой взаимных приветствий со знакомыми лицами, а затем принялись смотреть постановку.
При этом чуть ли не половина зала, напротив, забыв про спектакль, бросали частые любопытные взгляды в сторону князя Зубова и его супруги, перешептывались, перемигивались и обменивались многозначительными взглядами.
И это могло бы продолжаться до самого окончания первого акта, если бы не одно из ряда вон выходящее событие, которое переключило всеобщее внимание на новый объект неподдельного интереса.
Все дело в том, что внезапно и абсолютно неожиданно открылась дверь в правой литерной ложе, пустовавшей с самого начала сезона. Она была расположена как раз напротив той, где сидел генерал-губернатор. Собравшиеся в зале увидели, что внутрь вошла невероятной красоты дама в роскошном белом платье, подчеркивающем все прелести ее великолепной фигуры. Пышные черные волосы обрамляли ее свежее симпатичное личико, подернутое легким румянцем. Жгучий взгляд карих глаз мог свести с ума любого, рискнувшего смотреть в них дольше пары секунд, а чувственный изгиб спелых губ манил обещанием неземного блаженства. Одним словом, дама произвела фурор среди мужской половины зала и искреннюю зависть у женской.
Следом за дамой в ложу вошел изысканно одетый господин, которого все причастные сразу же опознали, как недавно прибывшего в северную столицу князя Островского.
Общее удивление было усиленно тем фактом, что эта ложа, стоящая баснословных денег, пустовала так долго. Тот факт, что такие большие суммы можно так легко бросать на ветер, привлек еще больше любопытства к таинственной личности князя.
Генерал-губернатор с супругой ленивыми движениями, словно бы нехотя, припали к окулярам биноклей. При этом князь Зубов несколько дольше, а точнее даже неприлично долго не сводил весьма заинтересованного взгляда с литерной ложи, чем вызвал ревнивое недовольство своей спутницы.
— Михаил Петрович, вы, похоже, забыли, что на нас сейчас обращено особое внимание. — И генерал-губернатора обжег раздраженный и многозначительный взгляд молодой супруги. — А вы ведете себя, на мой взгляд, непозволительно фривольно.
— Поверьте мне, дорогая, сейчас на нас никто не смотрит. Взгляните сами, — и он кивнул в сторону партера, в котором почти все взгляды косились в сторону ложи князя Островского. Затем он повернулся к жене. Лицо его изменилось, приняв строгое и даже несколько злое выражение. — И впредь, мадам, прошу вас не ставить мне в упрек мое поведение. Вы, знаете ли, не в том положении, чтобы указывать мне, что позволительно, а что нет.
Тем временем князь Островский, устроившись поудобнее в кресле и перекинувшись парочкой любезностей со своей спутницей, обвел взглядом зал и, заметив князя Зубова, слегка склонил голову в знак приветствия. Михаил Петрович незамедлительно ответил тем же, на какое-то время вновь приклеившись взором к обворожительной даме в белом платье.
— Определенно, этот князь Островский умеет удивлять. И порой весьма приятно, — прошептал он себе под нос, не в силах оторвать взгляд от красотки. В какой-то миг ему даже показалось, что он где-то ее раньше видел, но он тут же отбросил эту мысль, поскольку понимал, что, увидев хотя бы раз такую прелестницу, он вряд ли смог бы об этом забыть.
В антракте, прогуливаясь в фойе, генерал-губернатор наконец-то дождался, когда князь Островский выйдет из ложи. Появился он в сопровождении своей обворожительной спутницы и на радость Михаилу Петровичу направился прямо к нему.
— Приветствую вас, князь. И вас, Анастасия Дмитриевна, — Островский отвесил легкий поклон генерал губернатору и его супруге. — Позвольте представить вам мадмуазель Елизавету Михайловну Рогозину, моего финансового консультанта и поверенную.
Генерал-губернатор удивленно вскинул бровь и поклонился в ответ.
— Право, князь, а я уж было подумал, что эта ваша невеста. Вы так чудесно смотритесь вместе, — князь Зубов не сводил восхищенных глаз со спутницы князя.
