— Интересовался как-то, а память хорошая тренированная, привык числа запоминать, — я только пожал плечами. — Так вот в СССР ни один из выпущенных Тарковским фильм себя не окупил. Сомневаюсь, что западный зритель в этом вопросе более утонченный, чем советский. Более того при тех финансовых результатах Тарковскому бы просто никто был не дал в дальнейшем снимать, это только в СССР… Впрочем не важно, вероятно к этому вопросу нам еще предстоит вернуться.
Обсудили еще кучу мелких и крупных вопросов. Международную повестку, очевидно грозящую войну на Ближнем Востоке, цены в СССР, анонсированную возможность покупать квартиры за рубли без лишних, никому не нужных ограничений. Много чего, вся прямая линия длилась больше двух часов и вновь вызвала немалый резонанс в не привыкшем еще к таким перфомансам советском обществе.
Ну и политические последствия от моего выступления тоже были. Но это я осознал уже несколько позже.
20 февраля 1986 года; Бостон, США
— Я не могу выступать против войны! Меня просто не поймут. Поддержка боевых действий по соцопросам сейчас достигает семидесяти процентов! — Будущий кандидат от демократической партии на выборах президента в 1988 году стоял над столом и рассматривал разложенные на нем блок-схемы. На них были отображены основные моменты, которые должны были стать столпами пропаганды демпартии в промежуточном электоральном цикле наступившего недавно 1986 года. Несмотря на достаточно сложную экономическую ситуацию, в которую со всего разбега угодили США в связи с подорожанием энергоносителей, Рейган все равно сохранял абсолютную поддержку большинства респондентов в вопросе применения силы против Ирака.
