Спешившиеся враги оставили своих тарнов на тренировочной площадке, а мы приземлились так, что оказались на их пути, так что у них не было никакой возможности добраться до птиц, не бросив вызов нам. Несколько человек как раз появились на тропе, которая вела от жилой зоны, обремененные добычей, а некоторые ведя на веревках связанных рабынь. Сказать, что они были встревожены, обнаружив, что тренировочная зона больше ими не контролируется, это ничего не сказать. Некоторые, сразу осознав грозившую им опасность, бросили добычу и рабынь, и, схватив оружие, поспешили к своим птицам. Здесь, однако, их уже ждали мои парни, теперь уже сами оказавшиеся в большинстве. Но даже на земле они придерживались тактики, хорошо зарекомендовавшей себя в небе. Они расступились перед неприятелем и принялись кружить, словно стая слинов, внезапно, постоянно обстреливая их с тыла и флангов, в зависимости от того, какая сторона оказывалась не прикрыта щитом. Некоторые воспользовались пиками, ловя момент и накалывая на них врагов. Но большинство предпочитало луки или ананганские дротики. В общем, они делали все так, как я их учил, то есть, по возможности, в бой не вступали, а если вступали, то только тогда, когда преимущество на их стороне. Стоило врагу огрызнуться, они рассыпались в стороны, но лишь затем, чтобы перестроиться и снова начать кружение смерти, ловя момент и стреляя в запутавшегося, смущенного и напуганного противника в тот момент, когда он открывался с какой-либо стороны. Немногие из наших парней, скорее всего, смогли противостоять такому врагу один на один, но, применяя изматывающую тактику стаи слинов, у них получалось легко уничтожать их одного за другим. Кроме того, кое-кто из наших людей, все еще остававшихся в седлах на спинах приземлившихся тарнов, использовали свое преимущество высоты и пускали стрелы одну за другой. Если к ним приближались, то они просто тянули первый повод и оказывались над полем боя, продолжая обстрел. Некоторые словно на тренировке били пиками с лета.
— Трусы! Трусы! — закричал один из воинов, дико крутясь на месте.
Но и он пал, утыканный дюжиной стрел.
Тот, кто бросается в челюсти ларла, может и не трус, но точно — дурак.
Часть врагов повернула назад, надеясь найти убежище от стрел среди деревьев или в жилой зоне. Немногие из них добрались до тропы. Другие убежали в лес, покинув огороженную вешками зону. Я слышал рев ларлов и отчаянные крики людей севернее тропы.
Я предпочел держать своих людей на поле, потому что не был уверен в численности врагов, остававшихся в окрестностях.
Поле было усыпано множеством тел, но немногие из них были одеты в серое.
Неприятель, похоже, не достиг какого-либо значительного результата, ни в небе, ни, насколько я мог определить, на земле.
— Что с пленными? — поинтересовался я у одного из пани.
— Их нет, — ответил тот.
В тот момент я не придал особого значения его ответу.
Подозвав к себе Таджиму, Пертинакса и еще около дюжины наемников, неплохо знакомых с мечом, я обратился к ним:
— Парни, я очень подозреваю, что для вас есть работа, которую следует доделать.
— Я тоже так думаю, — кивнул Таджима.
— Ты учишься работать мечом, — сказал я Пертинаксу. — Готов ли Ты использовать его в деле?
— Да, — ответил он.
— Уверен? — спросил я, пристально глядя ему в глаза.
— Думаю да, — кивнул Пертинакс.
— Баклеры и клинки, — скомандовал я наемникам, отстегивая свой собственный баклер от седла.
— Вы тоже берите щиты, — велел я Таджиме и Пертинаксу. — Я в курсе, что клинок можно использовать и для нападения и для обороны, но я не уверен, что он защитит вас от летящего арбалетного болта.
— Нодати, — сказал Таджима, — может отбивать стрелы даже дополнительным мечом.
— А Ты что, обладаешь его навыками? — поинтересовался я.
— Нет, — признал Таджима.
— Тогда иди и принеси свой баклер, — приказал я ему.
— Слушаюсь, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, — ответил он.
Баклер с заточенной как на арене кромкой, конечно, тоже является не только оружием защиты, но годится и для нападения.
Командовать вместо себя я поручил Торгусу.
— Мы должны найти Лорда Нисиду, — сообщил я Таджиме.
— Это правильно, — согласился он.
В этот момент из лесу внезапно выскочил один из наших врагов, побежал было в нашу сторону, но затем остановился.
— Пожалуйста, Тэрл Кэбот, тарнсмэн, — вежливо обратился ко мне Таджима, — могу я сразиться с ним?
— Да, — разрешил я, а затем, повернувшись к Пертинаксу, сказал: — Наблюдай.
Все закончилось поразительно быстро.
— Видел? — бросил я Пертинаксу. — Никогда не устраивая игру мечей с Таджимой.
— Он презирает меня, — пожал плечами Пертинакс.
— Не думаю, — покачал я головой, — по крайней мере, не с этого дня, когда вы воевали бок обок.
— Мы — соперники, — пояснил Пертинакс.
— Ты интересуешься Сумомо? — полюбопытствовал я.
— Кто такой Сумомо? — опешил он.
— Тогда вы не соперники, — заверил его я.
— Мои умения растут, — признался Пертинакс.
— Это хорошо, — кивнул я. — Только смотри, чтобы они использовались должным образом.
