Я собрался с силами и направил магию в главную артерию брюшной полости. Приказал магии вызвать распад тромбов, а затем оказал общее воздействие на тромбоциты, задержав их подготовку к формированию новых закупорок.
Но этого оказалось недостаточно. Клятва лекаря продолжала сигнализировать о том, что мой пациент всё ещё в опасности. Значит, где-то остался тромб, который всё ещё угрожает его жизни. Но где?
Головной мозг и сердце я уже проверил. Там магия отказывается растворять тромбы. А это означает, что их там нет.
Погодите-ка… Точно, а ведь Багрянцев жаловался на боли в груди и одышку. Учитывая, от какого заболевания он страдает в данный момент, стоит предупредить одно из самых грозных осложнений повышенного тромбообразования.
А именно — тромбоэмболию лёгочной артерии. ТЭЛА.
Если в этот сосуд попадает тромб, может произойти рефлекторная остановка сердца. Далеко не всегда это происходит мгновенно. Всё зависит от того, насколько массивным оказался прилетевший в лёгкое тромб.
Раз Михаил Багрянцев ещё жив, значит, ситуация не столь критична.
Я воздействовал лекарской магией на лёгочные артерии и тут же почувствовал, как мой запас жизненной энергии уменьшился, а клятва лекаря, наконец, замолчала.
Фух… Значит, и вправду тромбоз всё это время скрывался там. Но теперь моему пациенту уже ничего не угрожает.
— Всё, — заключил я. — Михаил Анатольевич в полном порядке.
Дворецкий помахал перед собой руками, осуществляя процесс молитвы Грифону. Каждый раз удивляюсь этому жесту. Некоторые его изображают так, будто пытаются отмахнуться от неприятного запаха.
— Алексей Александрович, сколько мы вам должны? — обеспокоенно спросил дворецкий.
— Сейчас ничего платить не надо. Михаилу Анатольевичу ещё лучше зайти ко мне на приём пару раз. Нужно убедиться, что его здоровье стабилизировалось, — объяснил я.
— Н-не стоит, — послышался хриплый голос Багрянцева. Мужчина пришёл в себя и неспешно повернул голову к дворецкому. — Рассчитайся с господином Мечниковым. Я вряд ли ещё приду на приём.
Пришёл в себя — это уже хороший признак. Но он портит весь мой план.
— Хорошо, а пока ваш дворецкий пошёл за деньгами, мне нужно поговорить с вами наедине, Михаил Анатольевич, — произнёс я. — У вас хватит сил на разговор?
— Да, конечно, — кивнул он и жестом попросил дворецкого прикрыть дверь. — Только, если вы не против, я пока что не буду вставать. Голова всё ещё кружится.
— Вам вообще сегодня лучше не вставать, — посоветовал я. — Стабилизировать ваше состояние было непросто. Так что не спешите подниматься на ноги. А пока я здесь, расскажите, что с вами случилось? Как я понял, у вас произошла обратная отдача? Перегрузили себя магией?
В последнее время каждый второй дворянин обращается в госпиталь с жалобами на перегрузку.
— Нет, — опроверг моё предположение Багрянцев. — Если бы я довёл себя до обратной отдачи, вы бы точно не успели приехать на помощь. Проблема в другом. У меня просто крайне нестабильная магия. Постоянно приходится изливать её в кристаллы. Только иногда во мне столько крови скапливается, что закупленных мной кристаллов попросту не хватает.
Странная всё-таки у него магия. Больше проблем, чем пользы.
— Да вы не удивляйтесь, господин Мечников, — произнёс Багрянцев. — И особо за моё здоровье не беспокойтесь. Думаю, жить мне осталось недолго.
— Именно поэтому я и хочу, чтобы вы прошли полный курс лечения под моим наблюдением, — подметил я.
— Да какой в этом смысл? — вяло пожал плечами Михаил Анатольевич. — Посмотрите на мой особняк. Видите здесь кого-то кроме меня? Нет? Вот именно. Тут больше никто не живёт, кроме меня и одного-единственного дворецкого. Я — последний представитель рода Багрянцевых. А продолжать его я не могу, поскольку не желаю, чтобы моим будущим детям передалась такая же отвратительная сила.
А я и не думал, что встречу кого-то с такой же проблемой, как и у меня. Ведь именно по этой причине я пока что откладываю женитьбу на Анне Елиной. Только я могу передать детям некротику, а Багрянцев опасается, что его потомки пострадают из-за побочных эффектов магии крови.
— Я от своих слов отказываться не стану в любом случае. Приходите в госпиталь, как будет время. Я попробую придумать, как вам помочь. Возможно, мне даже удастся исправить пагубное воздействие вашей магии на организм, — произнёс я. — Но прежде… Я хотел бы задать вам вопрос личного характера, Михаил Анатольевич. Он не касается вашего здоровья.
— Личного характера? — удивился он. — Что вы хотите узнать?
— Когда ваше состояние ухудшилось, в бреду вы начали упоминать некоего Ожегова. И очень нелестно о нём отзывались, — произнёс я. — Могу я узнать, о ком идёт речь?
— А зачем вам это? — парировал Багрянцев.
Мужчина напрягся. Кажется, он уже успел пожалеть о том, что произнёс эту фамилию. Но я не могу проигнорировать услышанное. Слишком много жизней зависит от поиска человека с этой фамилией.
