Проклятье… Мало того что в таком состоянии ему точно дадут срок. Он может вообще не дожить до суда! Его припадок чем-то напоминает эпилепсию. Судороги. Если всю мускулатуру тела спазмирует, то велик риск, что и дыхательные мышцы попадут под раздачу. И тогда он задохнётся.
— Дядя! Живо! — велел я. — Ползи сюда. Ко мне! Соберись, пожалуйста! Подкатись к решётке!
Однако он не реагировал. Олег видел меня и слышал, что я говорю. Но не мог взять своё тело под контроль.
— Хе-хе, — усмехнулся синелицый мужчина из камеры напротив. — Кажется, всё. Доигрался твой дядюшка. У меня так сват копыта отбросил. Мучительная смерть…
— Замолчи! — рявкнул я и протянул руку к дяде. — Давай, соберись же! Я не хочу заботиться о твоей семье вместо тебя! Я их не брошу, но заменить Серёже отца всё равно не смогу!
Услышав имя сына, Олег особенно сильно вздрогнул. И, кажется, это было сделано намеренно. Его тело откинуло от скамьи, дядя подкатился к решётке, и я смог дотянуться до него своей рукой.
Лекарская магия у меня ещё осталась. Я смогу помочь ему. Одна проблема — я ведь понятия не имею, из чего состоят эти знаменитые запрещённые зелья? Скорее всего, существует целый перечень этой дряни. И что на деле они из себя представляют? Успокоительные? Психостимуляторы? Спирт? Наркотики? Или всё вместе, да ещё и магическое⁈
Проклятье! Угораздило же моего дядю воспользоваться этой мерзостью! Лучше бы сразу рванул ко мне.
Однако одно мне ясно точно. У Олега судороги, а значит, мне нужно расслабить его мускулатуру. Я коснулся правой рукой его запястья и послал в тело дяди поток лекарской магии. За ночь она успела немного восстановиться.
«Проникнуть в мышцы, разорвать связи между волокнами, снять напряжение».
Но это лишь для начала. Источником любых судорог чаще всего является центральная нервная система. Уверен, что очаг находится где-то там — в головном мозге. Жаль, многотонного аппарата МРТ нет под рукой! Сейчас бы живенько определили, где возник патологический очаг.
Ладно, можно надеяться, что магия сама найдёт путь к нему. Я отдал второй и последний приказ:
«Улучшить кровоток в головном мозге. Проникнуть в кору больших полушарий и убрать вспышку электрических импульсов».
Я понимал, что этого недостаточно, чтобы полностью убрать приступ. Однако дядя перестал трястись, сделал глубокий вдох, а затем потерял сознание.
В таком состоянии он пролежал чуть больше получаса. Но хотя бы здесь судьба оказалась на нашей стороне. Он смог подняться за пять минут до прибытия полицейских.
— Всё, господа Мечниковы! — улыбнулся городовой. — Унтер-офицер Сапрыкин приказал вести вас в здание суда. Вот так представление намечается!
Могу себе представить. В таком маленьком городе, как Хопёрск, даже любой лживый слух о чьей-то измене становится настоящим событием. А уж суд, наверное, развлечение похлеще любого концерта или кино из моего прошлого мира.
Нас вновь заковали в наручники и вывели из участка на солнечный свет. Я прищурился, испытав жжение в глазах, а вслед за этим — боль в затылке.
— Ну что, Алексей? — прошептал мне дядя. — Вот и всё. Скоро наша судьба решится.
— Ты как себя чувствуешь? — поинтересовался я.
— Будто я — брусчатка напротив императорского дворца, — усмехнулся Олег.
— В смысле?
— По мне солдаты всю ночь маршировали. Не щадя ни своих ног, ни моей дурной головы, — отшутился он.
Однако Олег выглядел куда лучше, чем вчера вечером. Размер зрачков восстановился. На смену бледности пришла краснота. Видимо, мышцы налились кровью после судорог. Это к лучшему. Если не слушать его жалобы, может показаться, что мужчина в полном порядке. А именно его внешний вид нам сейчас особенно важен.
Жители Хопёрска смотрели нам вслед. Но лишь немногие. На улице почти не осталось людей. Похоже, самые любопытные уже успели пропихнуться в здание суда. Сложно даже представить, сколько в зале будет человек.
Городовые провели нас через чёрный ход большого двухэтажного здания. И вскоре мои предположения подтвердились. В зале суда были сотни людей. Настоящий цирк решили устроить! А мы с Олегом вместо клоунов. Вопрос только в том, где проклятый Антон Сухоруков⁈ Его ведь тоже должны были привести сюда, как обвиняемого.
Однако всё оказалось не так, как я надеялся. Нас подвели к столу, что стоял напротив судьи в левой половине зала. И это была сторона обвиняемых.
Только тогда, усевшись на своё место, я увидел злобную ухмылку некроманта Сухорукова. Он находился на противоположной стороне зала. Не прикованный, мирно сидящий на месте свидетелей рядом с Кораблёвым, Родниковым и Мансуровым. Странно только, что Синицына там не было.
— Лёша! — шикнул знакомый голос за моей спиной. — Не оборачивайся. Это я.
А вот и Илья Синицын. Значит, пришёл всё-таки.
— Сделай вид, что меня не слышишь, — попросил он. — Я хочу тебя предупредить. Ситуация вышла из-под контроля. Я искал вам адвоката. И нашёл. Но барон Елин не позволил вам воспользоваться его услугами.
