О! Угрожающий пациент? Привычная картина. Такие мне и в прошлой жизни встречались. Некоторые люди думают, что их связи могут что-то изменить. Будто все врачи или лекари работают из-под палки. Достаточно упомянуть имя какого-нибудь авторитетного человека — и здоровье сразу же нормализуется!
Как бы не так.
Я задрал рубашку больного и прослушал его лёгкие.
Ох и давно же я не слышал такого чистого амфорического дыхания! Похоже, у мужчины расплавилась от гнойного воспаления часть лёгких. Такой звук образуется только в том случае, если в дыхательной системе образовалась полость.
Это может быть туберкулёз или мощная пневмония.
Придётся использовать оба витка. И прямой, и обратный. А жаль… В Садах мне хотелось сохранить повреждающую магию на тот случай, если сюда заявится…
Дверь в смотровую распахнулась. На пороге появился уже знакомый мне длинноволосый мужчина.
— Чтоб я сдох! — выругался Леонид Рокотов. — Господин Мечников?
Вот этого я и опасался. Пересечься с местным авторитетом — хуже не придумаешь.
— Алексей Александрович, — нахмурился он. — Уж поделитесь своим мнением, почему моя правая рука уже третьи сутки не появляется на своём рабочем месте⁈
И снова обычный осмотр пациента превратился в столкновение нескольких важных для меня личностей. В смотровой комнате оказались: я, дядя, Рокотов и пациент, который, как выяснилось, является правой рукой местного авторитета.
— Спрашиваете, почему ваш человек не выходит на работу, господин Рокотов? — усмехнулся я. — Именно это мы и пытаемся выяснить. Заранее могу сказать, что на работу он выйдет нескоро. Мне совершенно не нравятся его лёгкие. А ещё мне не нравится, что вы врываетесь в смотровой кабинет без разрешения.
Леонид Рокотов прищурил глаза и внимательно посмотрел на меня. Я уже понял, как работает его система ценностей. Он уважает тех, кто его не боится. А я его совсем не боюсь, хоть и рискую получить молнией по голове.
— Алексей Александрович, спешу напомнить, что Сады — это моя земля, — спокойно ответил Рокотов. — Я имею право знать, что происходит с моими людьми. До сегодняшнего дня Олег Сергеевич неплохо справлялся со своими обязанностями. Но когда мой человек застрял в его фельдшерском пункте на трое суток, я понял, что нужно проконтролировать ситуацию лично.
Похоже, он всё-таки знает, что мы с Олегом родственники. Но это даже к лучшему. Если он до сих пор не пристал к моему дяде с попыткой завлечь его в свою организацию, значит, он в этом не заинтересован.
Пациент громко закашлялся, резко перевернулся на бок и сплюнул в блюдце мокроту ржавого цвета.
— Паршиво, — вздохнул я. — Видели? Похоже, у него действительно…
Я чуть не произнёс слово «туберкулёз». Пока что об этом заболевании никому не известно. В моём мире его открыл Роберт Кох в конце девятнадцатого века. И если это действительно оно — у нас большие проблемы. Убить микобактерии не так-то просто. Не факт, что даже обратный виток с ними справится.
В моей эпохе туберкулёз лечили очень длительной антибактериальной терапией. Пациенты пили по десять-двадцать таблеток в день. А порой и больше. Некоторые жаловались, что им даже есть не хочется после такого. Не только из-за побочек, но и из-за чрезмерного количества антибиотиков.
Эти бактерии очень сильны, устойчивы ко многим препаратам. Однако туберкулёзом чаще всего болеют люди со сниженным иммунитетом. К примеру, ВИЧ-инфицированные и заключённые.
А именно со вторым вариантом я и имею дело. Кстати… А ведь ВИЧ-инфекции и последующего из-за неё СПИДа сейчас и вовсе не существует! Боже, да я ведь могу предотвратить само зарождение этого заболевания, если сильно постараюсь. Правда, теорий о его возникновении целое множество. И какая из них применима для этого мира — большой вопрос.
— Господин Мечников, так что со Славкой? — повторил вопрос Рокотов. — Этот человек мне верно служит уже много лет. Я не хотел бы его потерять.
— Очень серьёзное заболевание лёгких, — ответил я. — Наверняка у других заключённых вы уже такое наблюдали, верно? Кровохарканье, кашель, постоянная температура и быстро похудание. Было такое или нет?
— Да тут четверть заключённых этим страдают, — ответил Рокотов. — Но мы всегда считали, что это связано с тем, что они много травы дешёвой курят.
— Нет, — помотал головой я. — Это называется «инфекция». Болезнь, которая может передаваться между людьми через дыхание. Фактически все мы прямо сейчас можем заразиться от вашего Славки.
Рокотов вздрогнул, но самообладания не потерял.
— Спасите его, господин Мечников, и я вам щедро заплачу, — произнёс он.
Наживаться за счёт воровского бюджета? Нет уж! Такого мне не надо.
— Щедрость мне не нужна, господин Рокотов. — Шесть рублей с копейками — вот и вся цена моей помощи. Но если вам хочется расщедриться, прошу, проследите, чтобы моего дядю здесь никто не трогал. И чтобы ваши люди не вовлекали его в свои тёмные дела.
Рокотов удивлённо взглянул на меня, а затем рассмеялся.
