Несколько дней Давид спал без сновидений. Теперь он сам удивлялся своей впечатлительности: он чуть было не поверил словам Вецены. Сон казался настолько ярким и живым, что он допустил мысль о том, что все могло быть правдой.
В своем сне Давид разговаривал с Веценой настороженно и желал, чтобы она оставила его в покое, но сейчас он жалел, что эта встреча была всего лишь сном. Давид чувствовал себя обманутым.
Он прошелся вдоль откопанной стены и остановился рядом с тем местом, где рабочие нашли скелет.
«Может, это был случайный путник, который забрел сюда уже после того, как строение было покинуто людьми?» – задался вопросом он.
«Мыслишь в правильном направлении, только не путник, а охотник за золотом», – произнес в его голове знакомый женский голос.
Давид вздрогнул от неожиданности.
– Чего?! – рявкнул он вслух.
Несколько рабочих, находившихся метрах в десяти от него, разогнулись и перестали копать. Они, не понимая по-английски, уставились на него, ожидая каких-то указаний.
– Я не вам! – отмахнулся, опомнившись, Давид, на плохом испанском. – Работайте дальше.
«Тебе не обязательно выражать свои мысли вслух, – заявила Вецена. – Достаточно просто подумать, и я пойму тебя. Иначе будет казаться, что ты разговариваешь с самим собой, и не придется долго ждать, чтобы твои коллеги сдали тебя в соответствующее учреждение».
Давид опустился на землю и оперся спиной о древнюю кладку.
«Значит, не просто сон», – потерев виски, подумал он.
«Совершенно верно, – подтвердила Вецена. – Но мне подумалось, что сегодня ты будешь этому рад. Я почувствовала, что ты жалел о несбывшемся сне и упущенных возможностях. Разве нет?»
Давид понимал, что отпираться бессмысленно. Вецена «присутствовала» у него в голове и знала обо всех его мыслях и чувствах. Она все это время была рядом, а он даже не догадывался. Конечно, Давида раздражала ее бесцеремонность, но он решил подумать о положительных моментах.
«Меня действительно заинтересовало твое предложение. А как иначе? Мы все ходим вокруг да около, понимая, что истина где-то рядом, но нет возможности что-либо доказать. Меня лишь смущает…гм…такой способ передачи информации», – ответил Давид, постаравшись выразиться как можно мягче.
«Я понимаю, что для тебя все это очень необычно. Но я вынуждена торопить тебя и быть настойчивой, потому что сейчас от моей миссии зависит судьба моего народа».
«Какая помощь тебе нужна?» – Давид сомневался, что он сможет помочь, и опасался, что она попросит нечто такое, что он будет не в силах сделать.
«Об этом я расскажу позже. Сейчас я хочу доказать тебе правдивость моих слов. Хочу, чтобы ты доверял мне. Я помогу тебе найти одну постройку, в которой ты найдешь женские украшения. Возраст находки составит две тысячи лет. Это даже не аванс за ту услугу, которую ты мне окажешь. Это жест, который ты, я надеюсь, оценишь», – сказала Вецена.
«Все-таки хотелось бы знать…» – с сомнением начал Давид, но Вецена прервала его.
«Всему свое время. Совсем рядом, всего в километре отсюда, есть древняя, засыпанная землей постройка. Это был жилой дом одной влиятельной особы, хозяйку которого убили, а дом сожгли. Строить новый дом там же никто не пытался, поэтому место так и осталось необследованным. В этом доме было нечто вроде небольшого погреба, в котором хозяйка хранила различные зелья. Там по сей день находится закопанная ею каменная шкатулка», – Вецена замолчала, ожидая его реакции.
Давид провел рукой по волосам. Солнце было в зените и палило нещадно. Он решил вернуться в тень.
«Как-то странно слышать об отдельно стоящем жилом строении. Все-таки в основном индейцы предпочитали селиться группами, – подумал он, направляясь под тент. – То, что мы сейчас откопали, скорее всего, выполняло какие-то религиозные функции, и в данном случае понятно, почему строение стоит отдельно. Но жилье?»
«Ты почти угадал. Поскольку все, что строила наша цивилизация, считалось у индейцев священным, к остаткам возведенной нами стены они прилепили свою постройку, и место, где вы ведете раскопки, действительно использовалось для проведения некоторых церемоний. Тот дом, про который говорю я, принадлежал не обычной женщине. Вы называете таких знахарками, ведьмами. Народ очень уважительно к ней относился, но побаивался. И жить она предпочитала подальше от всех. Дар у нее действительно был, и она многим людям помогала, за что ей несли щедрые дары. Но была ситуация, когда она прогневала правителя, и ее убили, а дом сожгли, чтобы стереть даже память о ней и об этом месте», – терпеливо пояснила Вецена.
«Откуда ты об этом знаешь? – поинтересовался он. – Тебе же не может быть две тысячи лет? А ты рассказываешь об этом так, словно видела все своими глазами».
Давид отхлебнул из фляги: вода была теплой и жажду утоляла плохо.
«Существует единое информационное поле планеты. Если информацию не зашифровывать, она автоматически попадает в это поле. То есть в нем находится информация обо всех событиях, происходивших на планете. И если уметь этим знанием пользоваться, то можно извлечь память обо всех событиях, когда-либо имевших место быть».
