– Посмотри на свои руки. Ты только что хотел убить ими человека. У тебя это даже почти получилось. Видишь, кровь. В тебе течёт точно такая же ало-красная кровь, и есть мир, где множество людей живут с точно такой же красной кровью. И ты в нём жил. И тебя немного подташнивало при виде крови. Ещё недавно, когда ты… перевязывал рану… эм… самому себе. Вспомни свою настоящую жизнь и свои настоящие цели. Ты ведь хотел защитить людей. Вспомни настоящего себя. Освободись от ментальных оков.
Сложно описать, что происходило у меня в голове в тот момент. Я не знал кому и во что верить. Не знал, где мои мысли, а где мысли, навеянные Королевой. Ничего не знал. И это было сущее мучение. Каждую секунду я хотел сдаться и прекратить ворошить свой мозг, и я бы действительно так сделал – просто поубивал бы всех людей – если бы не монотонный, спокойный, но чёткий голос клона.
…
Мне потребовалось больше получаса ужасных мучений, чтобы наконец-то разум резко освободился от ужасных оков, сковывающих его. Я почувствовал себя так, будто бы заново родился: лёгкость, ясность и чистота картинки. Я не забыл всего, что делал во время работы на Королеву, и поэтому тут же покраснел, затем ещё и ещё. Пытаясь прикрыться (тупо, учитывая, что тут девять моих клонов) и немного оттереть блевотину от груди, а также не поворачиваться к военным спиной. (к зрителю тоже не буду, потому что в туалет я ходил почему-то исключительно во время экстаза от очередной дозы «счастья» Королевы)
– Какой… ужас… простите, я…
– Да мы уже поняли, каналья. Клоны твои нам уже всё рассказали.
– Хоть ты и одного из наших порешал, мы не в обиде на тебя. Даже рады, что помочь смогли.
– Ну так что, говоришь, что против Королевы у нас шансов нет?
– Скорее всего, вы до неё даже не доберетесь, – ответил я. – После войны с соседним ульем королева активно начала воспроизводить воинов и стражников. И если против первых ваши пули работают, то вот вторые обладают настолько прочным хитином, что если ваши оружия не пробивают двухсантиметровый лист стали, нет смысла даже пытаться.
– Ды мы стольких насекомых положили, что нам…
– Молчать, Лысый, думается мне, он всяко больше о Комарах знает, чем мы.
– Но, товарищ Лейтенант…
– Никаких но. Я надеюсь, ты не хочешь предложить нам дикарями стать, чтобы мы потом своих резали? – он с намёком посмотрел на пострадавшего. – Ты же его убить мог. И тогда мы бы тебя не жаловали, расстреляли бы на месте.
– У меня есть одна идея. Если не выгорит, придётся пытаться решить всё силовым путём, но, говорю, шансов будет мало. Со стражей я-то справиться смогу, но вот Королева бронирована лучше любого танка. Видели бы вы, что тут случилось несколько недель назад…
Мне ничего не ответили. На меня только посмотрели, мол быстрее давай, макака сраная. По крайней мере мне показалось, что мысли у людей в форме были именно такие.
– Петя! ПЕТЯ! Сюда! – я подозвал Мудреца. Люди тут же наставили на него и его свиту, состоящую из трёх Воинов, пушки.
– Мой улей, – я указал на людей. – Не хочу убивать шерстяк. Не хочу убивать вас. Не хочу убивать Петю. Хочу есть. Хочу… мира. Спокойствия хочу, понимаешь? Давай дружить, – последних слов он не знал, они нам были не нужны, да и объяснить «на пальцах» их слишком сложная задача, однако Петя, я думаю, достаточно умён и уже достаточно хорошо меня знает, чтобы понимать смысл моих слов, не понимая их самих.
«Ясно. Так вот как это работает. Наверное, Петю тоже признали. Это хорошо, потому что с Королевой не поговоришь нормально, это я уже понял. Честно сказать, после всего произошедшего я начинаю даже сомневаться в том, что она разумна. Скорее, она выполняет роль просто репродуцирующего предприятия, хотя в тот момент, когда она выбралась из своего убежища помогать нам… опять не о том думаю.»
– Скрак-тр-сртртр-страс-срк-сряк-срака-ск-краска-сакрас-сякас-сракасяк-скр-тракастр-кракст, – ответил он.
Многого (почти всего, на самом деле) из того, что он сказал, я не понял, но по интонации, по медленному скрежетанию, я могу заключить, что он по меньшей мере не против. Кажется, он уважает то, что у меня есть свой улей и совершенно не против того, чтобы я отправился вместе с ним.
– Я, – указываю рукой на себя, – помогать Петя. Петя, указываю на него, помогать мне. Хорошо?
– Скракхакхт! – радостно проскрежетал он.
Я выждал несколько секунд. Ничего не произошло.
«Ну что ещё этой системе надо!? Объясните мне, пожалуйста!» – мысленно ругался я.
