— Им еще нужно уметь пользоваться. В любом случае нам пора идти. Здесь нечего больше делать. Нашкар-то теперь у нас. — И направился к выходу.
— Его понесу я!!! — Зло рявкнул Хартад и, резко шагнув к Серту, попытался схватить амулет.
Ну, ни фига себе! Я вообще-то Нашкар эльфу отдала, а не этому маньяку.
Орк метнулся к тарухану, но споткнулся о гнома, прыгнувшего туда же.
Остроухий блондин, грациозно увернувшись, нахмурился и плавным движением левой руки извлек неведомо откуда кинжал, правой одевая амулет себе на шею. Хартад с мечом, чуть отведенным в сторону, застыл напротив.
Господи, если из-за моей тяги к приключениям кто-то погибнет, я же себе этого не прощу никогда!
Я метнулась к Серту и, изловчившись, сжала ладонь на камне одновременно разворачиваясь к тарухану лицом. Эльф вздрогнул от неожиданности, но взгляд от противника не отвел, лишь слегка повернул корпус, пытаясь прикрыть меня.
— Отвали, маньяк долбанутый! — Заорала я на агрессора, немного сдвигаясь к блондину так, чтобы оказаться между ними.
— Нашкар понесет он, а иначе фиг вам, а не спасение мира!
Глаза нападающего плеснули пронзительной болью и он опустил меч.
— Хорошо. — Согласился пепельноволосый тихо, склонив голову.
Почему-то на мгновение мне стало жаль его, но лишь на одно мгновение. Повернувшись к Серту, я спросила, глядя в синие глаза, из которых еще не исчезла настороженность.
— Может, будет лучше забрать у тебя Нашкар?
Мне было очень страшно, хотя я и старалась не показывать этого. Если я буду видима постоянно, Хартад, возможно, сможет убить меня и в энергетической ипостаси, ведь он маг. Я помню, как он зажег свет в зале, и активировал 'луч'.
Одного не могу понять, как я могла умудриться так насолить ему, что он люто возненавидел меня, если увидела его впервые полчаса назад?
— Почему? — Почти шепотом спросил эльф, грустно глядя мне в глаза.
— Потому что я не хочу, что бы с тобой произошло что-то нехорошее. — И я, не скрываясь, кивнула в сторону тарухана, сверлившего нас тяжелым взглядом.
Серт мягко улыбнулся.
— Не стоит волноваться, Таша. Он не причинит мне вреда.
— Ты уверен?
— Я ничего ему не сделаю. Даю слово. — Процедил сквозь зубы мне в спину Хартад.
— Его слову можно верить? — Не скрывая сомнений, спросила я у эльфа.
— Да. — Игнорируя болезненно-яростно вспыхнувший взгляд тарухана, спокойно ответил он.
Я, посмотрев на пепельноволосого, задумчиво протянула:
— Хорошо. Но если ты нарушишь обещание, я…
— Я держу свое слово! — Прервал меня тарухан, сжав побелевшие губы.
Кивнув, я разжала ладонь вновь став невидимой.
Ни на кого не глядя, Хартад развернулся и вышел из зала. Остальные последовали за ним, а я незримой тенью скользнула следом.
Мы шли по каким-то запутанным коридорам. Иногда попадались лестницы, ведущие то вверх, то вниз. Совсем скоро я безнадежно запуталась во всех этих бесконечных спусках, подъемах и поворотах. Но искатели шли уверенно и довольно быстро.
Часа через два блужданий мы вышли к небольшой двери. Мои спутники остановились и, не сговариваясь, обнажили оружие. Гном повернул витую ручку, и нас залил солнечный свет.
Хартад
У Сератаниралиэля неожиданно обнаружились мозги. Он вполне логично предположил, что четыре одинаковых элемента, изображающих амулет на колонне, указанной 'лучом', и есть ключ к Нашкару.
Одновременно нажав на них, мы ожидали чего угодно, только не пустоты. Когда часть колонны растаяла, явив нам абсолютное ничего, я едва не запаниковал.
Неужели пророчество — просто сказка, и Нашкар не существует? Амулет был последней надеждой таруханов, как, впрочем, и всего Шайдара.
Но тут снова появилась Она. Светящееся хрупкое призрачно-прекрасное чудо с любопытством разглядывало зажатый в ладошке Нашкар.
Ну почему она опять радом с эльфом?! Что в нем такого!?
Я смотрел на искрящуюся магией тонкую фигурку, не отрываясь и почти не дыша. Словно почувствовав это, девушка медленно подняла голову и взглянула на меня. За одно мгновение на ее лице сменили друг друга недоумение, растерянность, понимание, раздражение с примесью любопытства и… Испуг? Почему?
Вот она посмотрела на эльфа и мгновенно расцвела незамутненной нежной радостью. А остроухий болван пялился на чудесную незнакомку со странным выражением на лице и улыбался.
Мои руки сами сжались в кулаки так, что ногти впились в кожу. Почему на меня она смотрит с напряженным неприятием, будто ожидает чего-то дурного, а на него с радостной улыбкой?
Тут девушка, привстав на цыпочки, звонко чмокнула эльфа в нос и вложила в его ладонь Нашкар, накрыв своей рукой.
— Держи. Я буду рядом и заберу его чуть позже.
Алая пелена ярости мешала видеть. Я его убью! Просто порублю на куски и заберу амулет. Тогда Она придет за Несущим Надежду ко мне.
Сератаниралиэль склонил голову в благодарности и спросил: 'Кто, Вы, прекрасная незнакомка?'
Она ответила, смущенно улыбнувшись, что ее зовут Наташа, и, подарив остроухому право называть ее коротко-нежно, исчезла.
