Назарий от такого опешил и не нашел ничего лучшего, как подозвать представляться меня. Я и представилась… как главе калана – лизнув обратную сторону машинально протянутой кисти. Теперь настала уже очередь оторопеть явившегося, а я поподробнее разглядела пришедшего – ну и человечишка…
Как-то привыкла я к чистым душой людям и простым, сильным чувствам, а тут… как из болота вылез. А уж каким он нас с Назарием взглядом наградил... пришлось подождать пока хозяин пройдет внутрь кельи и прихватить гостя на входе – лапой за шкирку, «думай что хочешь, но только попробуй сделать или сказать…» - шиплю ему на ухо «слегка» выдвигая когти в конце фразы, для большой убедительности.
И вот тут происходит то, что объяснить я не могу – гость валится мне в ноги (я едва успела когти убрать) и обливает мне левую лапу слезами, причем – натурально и совершенно искренними, да еще не от раскаянья, а от облегчения. Вот и теперь моя очередь замереть в полном обалдении, такие перепады настроения – это понятно, у побывавших на краю и не такие заезды случаются, а вот когда прямо на твоих глазах из ауры начинает вымываться чернота…
Ладно – гость и Назарий удалились вовнутрь на разговор, при котором лишние уши не нужны, но только фокусы на этом не закончились.
Случилось еще и «во-вторых» - начавшие было вставать при моем наезде на подопечного ребятки, дружно приняли благостное выражение и заявили что им пора. Я посмотрела на солнце, был едва седьмой час, и решила воздержаться, от анализа их умственных способностей «если человек умер – это надолго, а если он дурак – то это навсегда». В итоге выдала им все наши наличные кувшины с водой, собрала в дорогу хлеба – думаю, сегодня никто из зверья их не съест, из опасения, что заразится таким безразмерным… оптимизмом, а завтра днем я их догоню и проверю как дела.
И получив краткий инструктаж от меня по ориентированию, по тому что самое пекло надо пережидать, беречь воду, пить ее подсоленной и прочее, - причем они кивали в нужных местах, вызывая жуткие подозрения – когда же меня дурили, сейчас или раньше когда в двух шагах от пещеры заблудились? К моему инструктажу, прервавшиеся Назарий и епископ синхронно добавили благословение, и парочка отправилась – точно, что в жизни всегда есть место подвигу, главное уметь держатся от этого места подальше.
Ладно, пока мужчины занимались чем-то непонятным, мне пришлось думать, чем кормить новоприбывшего, что-то подсказывало мне, что то чем питается Назарий ему не еда и даже не перекус, возникла мысль накормить его одной кашей из моей дробилки. Но решила, что ничего плохого мне он не сделал, мелькнула даже мысль – в качестве извинения за грубость раскрыть для него заначку с моим любимым рыбным лакомством, один горшочек как раз дозревал третий день на солнце, но решила – это тоже слишком, самим мало.
Значит – поймаю завтра рыбу и зажарю на солнце, как раз будет хорошо с кашей, надо только новой сечки надробить.
Укладывались спать поздно. Назарий у себя, мы в первой комнате - кухне и кабинете по совместительству. Я, чтобы гость не боялся, что его съедят, развела костер перед входом, хотя все зверье честно держало трехкилометровую «зону ненападения» от пещеры, последний нарушитель был у нас уже давненько. Правда змей и пауков, со скорпионами такие мелочи, разумеется, не интересовали, потому я положила толстую веревку несколькими петлями поперек входа. В принципе – такая мера помогает чаще «от сглаза и наговора», чем от того, для чего «предназначена», но если веревку заранее пропитать инсектицидом…
Епископ, расположившийся на «императорской» бараньей шкуре, на полную мощь излучал желания явно непозволительные смиренному слуге божьему, насколько я в этом разбираюсь, так что я не удержалась от маленькой мести – устроила вечернюю разминку в виде танца, на фоне подсвеченного костром дверного проема. Приглушенное бормотание какой-то молитвы и сильное смущение послужило мне сигналом, что «с клиента достаточно», хватит развлекаться – спать пора.
А ночью у гостя поднялась температура…
Зла не хватает, ну что - сложно просто чуть проявлять внимание на обычаи тех, кто живет в этой земле издавна? Всего то и надо – беречься от росы, прятаться от прямых солнечных лучей и жары, и вообще избегать чудовищных перепадов температуры, свойственных местному климату. Но делать было нечего, пришлось вытряхивать полубессознательную тушку из одежды, растирать, накрывать сверху шкурой леопарда и греть, прижимаясь животом к спине, стараясь хоть так передать свою силу и желание жить.
