– Точнее не бывает! Я тебе даже скажу, что она вон там, на уровне того окна! – И Вовчик показал на небольшое окошко, проделанное в стене башни примерно в двадцати метрах от земли.
– Ну, раз ты так уверен, давай вперед... скажи ей, что мы пришли в гости!
– Почему всегда я... – заныл парень. – Чуть что – сразу я...
– Приказы не обсуждаются! – отрезал Константин. – Я начальник, значит, ты должен подчиняться без разговоров!
Вовчик выбрался из машины и, понурившись, зашагал к башне, темной массой вырисовывающейся на фоне неба.
Однако, дойдя до нее, он повернулся к остальным и удивленно проговорил:
– Костян, сюда не попасть!
– Что значит – не попасть? – Константин нахмурился. – Ты что, двери открывать не умеешь?
– А ты сам попробуй!
Константин скрипнул зубами и пошел вслед за нерадивым помощником, бубня под нос:
– Все приходится самому делать... ни черта не умеют... с кем приходится работать...
Однако, подойдя к башне, он удивленно остановился перед ней и почесал затылок.
Дверь башни была заложена кирпичом.
– Теперь ты видишь? – Вовчик насмешливо взглянул на шефа. – Попробуй открой, если ты такой умный!
– Погоди... здесь должен быть другой вход...
Однако, обойдя вокруг башни, Константин убедился в том, что других дверей в ней нет.
Вернувшись на прежнее место, он мрачно спросил у напарника:
– Ты уверен, что она там?
– Стопудово! – Вовчик постучал ногтем по экрану. – Видишь, раньше она то и дело перемещалась, видно, хотела следы запутать, а теперь уже минут десять сигнал из одного места поступает, значит, она на одном месте находится. Точно тебе говорю, у нее здесь убежище!
– И как в него попасть? – недобро осведомился Константин.
– Ну, ты начальник – ты и думай!
Константин набычился, отступил на несколько шагов и вдруг проговорил:
– Полезешь наверх. Заберешься внутрь через то окно. Ты же сам сказал, что сигнал идет прямо оттуда!
– Наверх? – Вовчик запрокинул голову. – Костян, да там же как высоко! Я не умею по стенкам лазить...
– Да что тут уметь? – хмыкнул Константин. – Стенка вся в выбоинах, тут и ребенок заберется!
– Ну, я же с прибором работаю... – канючил Вовчик. – Мне руки беречь надо... пускай вон Кривой лезет, он когда-то форточником работал, он умеет...
– Нет, ты полезешь! – отрезал Константин. – Подумаешь – с прибором он работает! Тоже мне, Эйнштейн нашелся!
– Ты чего меня Эйнштейном каким-то обзываешь? – набычился Вовчик. – Хоть ты и начальник, а за базар ответишь!
– Все, хватит болтать! – оборвал его Константин. – Ты ее упустил – тебе ее и ловить! Все, полез! Приказы не обсуждаются! А за твоим прибором я сам пригляжу, не бином Ньютона!
Вовчик тяжело вздохнул, нехотя передал прибор начальнику, поплевал на ладони и полез по стенке.
Кирпичная стена и правда была вся в щербинах и выбоинах, так что Вовчик довольно быстро поднимался по ней. Правда, когда он взглянул вниз и увидел внизу непривычно маленькие фигурки своих подельников, он понял, как высоко поднялся. От страха у него закружилась голова и засосало под ложечкой. Он решил больше не смотреть вниз и запрокинул голову, чтобы определить, сколько еще подниматься до окна.
Выходило, что он прошел ровно половину пути.
– И как это люди по своей воле в горы таскаются... – пробормотал Вовчик удивленно и полез дальше, стараясь больше не смотреть вниз, сосредоточившись на стене перед глазами.
В какой-то момент у него из-под ноги вывалился кирпич, и Вовчик едва не свалился. С трудом удержавшись на стене, он перевел дыхание, нащупал ногой другую выбоину и полез дальше.
Теперь до окна оставалось гораздо меньше, чем до земли, и он полез быстрее.
Наконец, протянув вверх руку, он нащупал карниз, который проходил под самым окном, вцепился в него и подтянулся.
Его лицо оказалось на одном уровне с окном.
Из глубокого оконного проема доносилось голубиное воркование.
Вовчик вгляделся в проем и увидел там удивительно красивого белого голубя, который с важным видом расхаживал вокруг скромной серенькой голубки.
Увидев Вовчика, голубь удивленно замолчал, попятился и наклонил головку набок, как будто не верил собственным глазам. Вовчик тоже внимательно разглядывал красивую птицу и увидел намотанный на его лапу пластырь, из-под которого выглядывало что-то блестящее.
Вдруг оба голубя сорвались с места и вылетели из окна, задев Вовчика крыльями по лицу. Он едва не сорвался и чудом удержался, вцепившись пальцами в карниз.
Вдруг снизу до него донесся удивленный голос Константина:
– Слышь, Вовчик, твой прибор показывает, что она снова куда-то перебралась!
И тут до Вовчика все дошло. Он длинно замысловато выругался и посмотрел вниз. Далеко-далеко виднелись маленькие фигурки Константина и водителя. О том, чтобы спуститься вниз тем же путем, не могло быть и речи. Вовчик совсем приуныл.
– Вот теперь, моя дорогая, мы можем спокойно поговорить о наших более насущных делах, – сказал Андрей Михайлович, усевшись за стол, – точнее, о ваших делах, потому что я, слава богу, ничем не заинтересовал ни полицию, ни бандитов.
– Вы мне не верите? – Оксана вскинула голову.
