Признаться, я сомневался в том, что Александр окажется прав. «Классический» исход — новый виток эльфийских странствий — казался мне наиболее вероятным. Но король Вур своим решением удивил всех, включая ближайших помощников. Всех — кроме Александра, пожалуй. Он выслушал отца со спокойным лицом: я уже успел убедиться в том, что он не особо щедр на эмоции.
— Все устали от бесконечного бега в никуда, — сказал король Вур. — Мы бежим от самих себя. Я положу этому конец. Я остаюсь здесь. И мой народ — тоже, со мной или без меня. Раис хочет прийти? Пусть приходит. Мы поговорим, глядя друг другу в глаза. Он захочет меня убить? Пусть попробует. Он убьет меня? Мое место займет кто-то другой. — Он оглядел собравшихся вокруг него эльфов и, поразмышляв несколько секунд, указал на одного из них. — Это будешь ты, Амид.
— За вампиром тоже придут другие, — заговорила Дана. — И прямо сюда.
— Пусть приходят. Если они не хотят мира, то мы докажем свое право на существование варварским способом. Это мое
— Ваше величество… — начал я.
Дана положила руку мне на плечо.
— Решение короля не оспаривают, Винсент.
Я почтительно поклонился.
— Это ваш выбор, ваше величество.
Король Вур с минуту стоял, глядя себе под ноги, а потом поднял глаза Александра, который топтался рядом со старшим братом, держа его за руку.
— У меня есть к тебе просьба, Великий. — Я чувствовал, с каким трудом ему давались эти слова. — Мои дети… я знаю, что им уготована другая судьба. Не уверен, что их жизнь будет легкой, но одно могу сказать точно: они должны быть свободными. Они не будут прятаться, убегать и просыпаться по ночам, увидев во сне пришедшего за ними вампира. Уведи их как можно дальше отсюда, Великий. Я знаю, ты сможешь найти им теплый дом. Если я останусь в живых, то я найду их. Если нет… то так тому и быть.
— Нет, отец! Пожалуйста, нет! Я…
Но ответом мальчику был едва заметный кивок — и он остался стоять на месте. Александр снова сжал руку брата, а потом поймал мой взгляд и торопливо отвел глаза.
— Мне нужно отдать несколько распоряжений, — обратился ко мне король Вур. — Сейчас мальчикам дадут лошадей.
Младшие каратели, с которыми я встретился в условленном месте, вежливо представились, но я был сосредоточен на своих мыслях, а поэтому не запомнил ни одного из имен. Дана кратко объяснила им положение дел, после чего увезла мальчиков подальше в лес (мы договорились встретиться на рассвете), и теперь мое миниатюрное «войско» подавленно молчало. Молодой человек и девушка, совсем еще юные, недавно отпущенные наставниками, наверное, и в глаза не видели высших вампиров. И уж точно не предполагали, что им придется столкнуться с одним из них в такой ситуации. Всем своим видом они являли абсолютную решимость помочь мне, но я знал, что увидь они опасность прямо перед собой — тут же пустятся наутек. И я не мог их в этом винить — младших и старших карателей, молодых самоуверенных выскочек и совершенных охотников, способных выследить даже невидимку, разделяла огромная пропасть. Если Великая Тьма уготовила им судьбу вторых, они рано или поздно протянут над ней первый мост. Но это будет потом.
Раис появился на широкой лесной тропе тогда, когда небо окрасилось первыми, легкими и нежными отблесками рассвета. Он действительно был в ярости — Дана ни капли не преувеличила, наверное, даже преуменьшила, когда описывала его состояние. Недолго думая, я спешился и вышел на тропу, преграждая ему путь. Вампир заметил меня издали и придержал коня, а потом остановился вовсе и, помедлив несколько секунд, тоже спустился с коня.
— Чем обязан, Великий? — спросил он.
Только теперь я подумал о том, что отпускать Дану было очень опрометчивым решением: лучше бы мы послали с мальчиками младших карателей, а сами остались тут. Вампиры не могли причинить нам вреда, но разъяренные особи представляли серьезную опасность. Его клыки разве что пощекотали бы меня, оставив несколько царапин, но двигался он в разы быстрее. Это означало, что он мог выхватить из ножен мой же кинжал и, прежде чем Дана прилетит сюда и разорвет его на мелкие клочки, нанести мне как минимум три удара. Конечно, карателя нельзя было убить его оружием, но никто не мог гарантировать, что такое нападение не имело бы серьезных последствий. Помимо всего прочего, храмовое серебро, в отличие от других металлов, причиняло нам адскую боль. В этом я в свое время уже убедился.
— Прежде чем ты совершишь одну из самых страшных ошибок своей жизни, — обратился я к Раису, — позволь мне рассказать тебе кое-что. Это касается твоего сына.
Вампир выслушал меня с легкой улыбкой.
— Мой сын и светлая эльфийка, — кивнул он с видом понимающего существа. — Да ты решил пошутить надо мной, Великий? Ты выбрал
