Спасатели быстро рассредоточились по территории, двигаясь организованно. Каждый знал свою задачу. Одни бежали к раненым, другие осматривали вагоны в поисках выживших, третьи разворачивали переносные носилки.
— Внимание! — разнёсся усиленный мегафоном голос. — Всем сохранять спокойствие! Тяжелораненых просим не перемещать — к вам подойдут медики! Остальных просим собраться у вертолётов для эвакуации!
Люди задвигались, поднимая с земли своих близких, собирая немногие уцелевшие вещи. В воздухе висела смесь страха, облегчения и шока. Многие плакали, некоторые просто смотрели в пространство пустыми глазами.
Я повел Николая к вертолётам, попутно помогая женщине с девочкой. Ребенок всё ещё дрожал, но теперь хотя бы поднял глаза, когда я взял его за руку.
— Всё будет хорошо, — сказал я ей, и неожиданно для себя погладил по голове. — Ты настоящая героиня.
Девочка слабо улыбнулась, прижимаясь к матери.
Среди суеты спасательной операции я заметил движение на опушке леса. Несколько фигур в чёрном наблюдали за происходящим, не приближаясь к вертолётам. Они остались. Выжившие из группы нападавших не спешили эвакуироваться вместе с остальными.
Я инстинктивно потянулся к кинжалу, снова вспомнив, что его нет. Мне срочно нужно найти свои доспехи. Некрополь…
— Господин, — Николай тронул меня за плечо. — Нас зовут.
Спасатель махал нам рукой, указывая на вертолёт, где уже разместились несколько пассажиров. Я кивнул и повел нашу маленькую группу туда, не снимая руку с плеча Николая. Мысленно подсчитывал, сколько силы осталось в резерве. На одно простое заклинание хватит. Может, на два, если экономить.
— Ваше имя? — спросил меня молодой спасатель, помогая забраться в вертолёт.
— Кирилл Орлов.
— Граф Орлов? — добавил Николай за меня.
Опустился на жёсткое сиденье у окна. Николай сел рядом, женщина с девочкой — напротив. Вертолёт уже был заполнен наполовину. Люди сидели, тесно прижавшись друг к другу, бледные, измученные, но живые.
Двигатели взревели, и машина оторвалась от земли. Через иллюминатор я наблюдал, как под нами остаётся место крушения — перевёрнутые вагоны, тёмные пятна кострищ, люди, всё ещё ожидающие эвакуации.
Фигуры в чёрном тоже никуда не делись. Они стояли на краю леса, наблюдая за нашим отлётом. Что они задумали? Почему остались? Может, у них другой транспорт?
— Мы направляемся в Екатеринбург, — объявил пилот через динамик. — Время в пути около сорока минут. Медицинские бригады уже предупреждены, вас встретят в аэропорту.
Сорок минут. Хватит, чтобы немного собраться с мыслями, но недостаточно, чтобы восстановить силы. Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться, восстановить энергетический баланс. Организм требовал отдыха после изматывающего магического истощения.
— Господин, — шепнул Николай, наклонившись ко мне. — Что всё это значит? Эти твари… Они настоящие?
— Да, — так же тихо ответил я. — К сожалению, настоящие.
— Но откуда они взялись? Почему сейчас?
— Хороший вопрос, — я посмотрел на дрожащие руки. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. — Кто-то специально открыл портал. Возможно, те же люди, что охотились за мной.
— Но зачем?
— Возможно, чтобы убить меня, — я потёр висок, чувствуя, как нарастает головная боль. — Или чтобы проверить что-то.
Николай замолчал, осмысливая мои слова. Его лицо стало ещё бледнее, если это вообще возможно.
За окном проплывали заснеженные леса, поля, деревни. Вдалеке виднелись огни городов. Обычный пейзаж, обычный мир. Но теперь я знал, что за тонкой гранью реальности притаились чудовища. И кто-то научился открывать двери для них.
Вертолёт начал снижаться, когда впереди показались огни аэропорта Екатеринбурга. Лопасти замедлили вращение, и машина мягко коснулась посадочной площадки.
Когда дверь отъехала в сторону, я увидел суету на взлётном поле. Десятки машин скорой помощи с включёнными мигалками, медперсонал с носилками, полицейские, оцепившие периметр, журналисты с камерами, пытающиеся прорваться через оцепление.
— Вертолёт скорой помощи номер один прибыл, — раздался голос по громкоговорителю. — Медицинские бригады, приготовиться к приёму пострадавших!
Люди в белых халатах поверх тёплых курток бросились к вертолёту, помогая пассажирам спуститься. Я придержал Николая за локоть, медленно спускаясь по трапу. Ноги всё ещё плохо слушались.
Яркий свет прожекторов ослеплял, вспышки камер вызывали головокружение. Мы шли по посадочной площадке в окружении спасателей и медиков, которые расспрашивали о самочувствии, проверяли зрачки, предлагали помощь.
— Я в порядке, — отмахнулся я от настойчивой медсестры. — Проверьте лучше моего спутника.
Она кивнула и переключилась на Николая, осматривая рану на его виске.
Ещё два вертолёта приземлились следом за нашим, доставляя новых выживших. Хаос усиливался. Люди кричали, искали родных, плакали от облегчения или горя.
Среди этой суматохи я заметил группу мужчин в строгих костюмах, не похожих ни на медиков, ни на спасателей. Они методично осматривали каждого прибывшего, словно выискивали кого-то конкретного.
