Спустился по лестнице, даже не придерживаясь за перила. Каждый шаг вниз когда-то был испытанием, заставлял считать ступеньки. Теперь он преодолел их, даже не задумываясь.
На кухне увидел его. «Внук» сидел за столом у окна, грея ладони о чашку с чаем. Ефим Юрьевич замер в дверном проёме, разглядывая этого странного гостя.
— Доброе утро, — произнёс дух, не оборачиваясь. — Выспался?
Ефим осторожно приблизился, опустился на стул напротив. Молча разглядывал это молодое лицо с глазами, видевшими, похоже, больше, чем он сам за свою долгую жизнь.
— Что ты со мной сделал? — спросил старик, игнорируя приветствие.
Вместо ответа «внук» пододвинул к нему дымящуюся чашку.
— Выпей. Травяной отвар, закрепит результат.
Ефим Юрьевич недоверчиво посмотрел на тёмную жидкость. Аромат был знакомым — травы из леса, что рос вокруг Лоснёвки, но какие-то незнакомые нотки примешивались к привычному запаху.
— Это… магия? — старик сделал паузу, не притрагиваясь к чашке.
— Целительство, — поправил его Кирилл с лёгкой улыбкой. — Я немножко в этом разбираюсь.
Старик сжал чашку, чувствуя, как тепло проникает в ладони. Удивительно чёткое ощущение — жар, но не обжигающий. Раньше его руки, казалось, утратили способность различать оттенки температуры.
— Я здоров? — спросил он, всё ещё не веря.
— Полностью, — кивнул Кирилл. — Сердце, лёгкие, суставы, сосуды — всё в порядке. Ещё пару дней попьёшь отвар, и будешь как в шестьдесят. Может, даже чуть лучше.
Ефим Юрьевич сделал осторожный глоток. Вкус был терпким, чуть вяжущим, но не неприятным. Странное тепло разлилось по телу, словно проникая в каждую клетку.
— Зачем? — старик отставил чашку. — Зачем тебе лечить старика?
Молодой человек напротив него усмехнулся:
— Я же вчера сказал — не нужно мне твоё наследство. А ты не поверил. Решил, что я притворяюсь.
— Такого не бывает, — упрямо мотнул головой Ефим. — Все хотят силу. Если не врёшь, значит, не понимаешь её ценности.
Кирилл откинулся на спинку стула, задумчиво разглядывая старика.
— Насчёт ритуала, дедушка, — он сделал паузу, словно пробуя слово на вкус. — Мне принимать наследство нельзя. Просто нельзя, без вариантов. У меня будут проблемы, если я стану связан с твоим Омфалом.
— Ом… чем? — нахмурился Ефим.
— Омфалом. Алатырь-камнем, как ты его называешь, — пояснил Кирилл. — Я много знаю о таких вещах. И если хочешь, потом расскажу. Но принять его… — он покачал головой. — Извини. Не могу.
Старик стиснул зубы. Вся жизнь его была посвящена сохранению наследия рода, передаче силы капища. И вот появляется этот… дух, исцеляет его, а затем снова отказывается от наследства. Какая-то насмешка судьбы.
— Есть компромисс, — прервал его размышления Кирилл. — Ты научишь меня ритуалу передачи. В деталях, во всех тонкостях. И если вдруг что-то случится — я смогу передать наследство твоему настоящему наследнику. По крови.
Ефим Юрьевич замер, обдумывая предложение. Секреты ритуала обычно передавались только жрецам. Но этот дух… он действительно вернул ему здоровье, подарил время. И если он сможет обучить его, не передавая самой силы…
— А такой наследник есть? — осторожно спросил старик.
— Не переживай, будет, — хмыкнул дух.
Ефим Юрьевич молча смотрел на это молодое лицо, пытаясь разглядеть за ним древнюю сущность. Странный дух, непохожий на то, что он слышал о таких созданиях.
— Теперь у тебя много времени, — продолжил Кирилл. — Здоровье позволяет. Успеешь сам найти и подготовить наследника. Или наследницу. А за мной долг не пропадёт — я помогу, если понадобится.
Старик вздохнул. Он не ожидал такого поворота. Готовился отдать силу — по доброй воле или принудив наследника. А теперь… теперь у него появилось время. Молодость не вернулась, но болезни отступили.
— Хорошо, — Ефим поднял чашку и сделал ещё глоток отвара. — Твой компромисс меня устраивает. Но учти — провести меня не получится.
— Я не собираюсь, — улыбнулся Кирилл. — Всегда держал свои обещания.
Ефим Юрьевич внимательно всматривался в это лицо. Тело внука, дух чужака… но что-то в нём было от Орловых. Может, потому, что древние духи, привыкая к телу, сливаются с ним? Или просто из-за внешности, доставшейся ему от рода? Он не знал. Но впервые за долгое время почувствовал надежду.
— Что ж, дух, — он протянул руку через стол. — Договорились.
Кирилл крепко пожал его ладонь:
— Я предпочитаю, когда ты называешь меня внуком. Так проще для всех.
Ефим Юрьевич только хмыкнул, но возражать не стал. Возможно, этот странный дух и вправду мог стать частью семьи. Духом-хранителем рода, даже если не примет наследство.
Солнечный луч, пробившийся через окно, упал на стол между ними, словно скрепляя договор золотой печатью.
— Что насчёт моей матери? — спросил я, глядя на деда через кухонный стол.
Дед поморщился, потом медленно покачал головой.
— Вера не должна знать. Ей не нужно это, — он обхватил свою чашку ладонями, словно пытаясь согреться от неё.
Для матери известие о том, что её сын… не совсем сын, стало бы страшным ударом. В конце концов, тело-то Кирилла, её настоящего сына.
— Хорошо, — кивнул я.
