- Ну не убивать же ее в самом деле из-за пары капель крови. Как-никак первый фамильяр. Да и животина вроде понятливая. А знаете что, подержу ка я ее при себе, пока что. Отмою, откормлю, пусть пообвыкнется. Может на людей кидаться перестанет. Ты хоть в постели нормальной спала когда-нибудь?
- Ха! Я и одежды никогда не носила. Что с того?
- Не умеешь – научим. Не хочешь – заставим… - я нарочито искренне улыбнулся. Отродье от этого покоробило.
- Ого… - Альтурия вздрогнула. – Наместник, вы страшный человек. Ведь вы… человек?
- Да человек он, человек… - вздохнула Н-тша. – Черт меня дернул запустить в него зубы. Спал бы себе на дереве, так нет!
- А вы какого класса отродье, простите? – очень осторожно спросила Тис.
- Вообще-то у меня ранг «S», но есть один нюанс.
- Странно, ранговых отродий вашего уровня по пальцам пересчитать. Почему я о вас не слышала?
- Еще услышите… - буркнула Н-тша зло.
- Она очень боится боли, - вставил я. - А еще смерти. Полагаю, по этой причине про нее ничего не известно. Помнится, госпожу Санару это тоже удивило. Ведь боевые отродья и сан-даары не должны бояться?
- Верно, - кивнула Альтурия. – Они ведь оружие. Должны выполнять приказ, чтобы сберечь жизни своих создателей. Ваше отродье весьма… осознанна и разговорчива, даже культура речи проскакивает. Это очень, очень странно! Я бы даже сказала – аномально.
- Много вы понимаете… - оскалилась Н-тша недобро.
Солнце забрезжило над горизонтом. Бруно дернулся. Потом еще раз, и еще. Тихое поскуливание переросло в утробный рык. Пес закашлялся и из пасти выпал комок. Он тут же вспыхнул, прогорев дотла.
- О нет! – Альтурия побледнела и вцепилась в мою руку. – Нужно уходить, срочно! Все на улицу!
Тело пса вдруг воспламенилось. Лицо обдало жаром.
- Бегом!!! – заорала магичка, буквально за шиворот вытаскивая из-за стола горничную.
Отродье уговаривать не пришлось, а мы с хозяином таверны выбежали следом.
- Который час?
- Половина пятого, вроде бы… - буркнул Рамон. – А что происходит?
- Я… все возмещу.
Демон отхлебнул из бутыли, которую вынес собой и протянул ее мне.
- Хреново выглядите, господин наместник.
Я тоже пригубил предложенную бутылку.
- Чувствую себя так же. Жуткая гадость…
- Ага, сам делаю. Работягам забористое нравится.
Пробитая крыша таверны вспыхнула ярким пламенем. Хлипкие окна повыбивало вместе с рамами. Душераздирающий вой всколыхнул весь поселок. Огонь охватил здание. Альтурия прочла заклинание, защитив ледяными стенами соседние постройки. Тис спряталась за ее спиной.
- Что происходит? – спросил я негромко. - Что это за чертовщина?
- Сегодня удивительный день, наместник. Сначала виверна упала на поселок, потом, вы заставили меня вспомнить, кто я есть, нос к носу сведя со своими страхами. Завтрак с отродьем за одним столом. А теперь, мы все вместе созерцаем рождение адского пса. Не думаю, что когда-нибудь забуду такое. Воистину, Ирия – сильнейшее из воплощений бога.
Крыша таверны рухнула, пыхнув дымом в разные стороны. И только в центре ее, восседая на тлеющем столе, пылал адским пламенем здоровенный пес. Ступая тяжелой поступью, он направился прямо к нам. Кто-то толкнул меня в спину. Должно быть отродье. Мы встретились на крыльце. Адская псина, обдавая меня нестерпимым жаром, смотрела прямо в лицо.
- Бруно? Ты… жив бродяга?
Пересилив страх, я протянул руки, но пламя не обожгло их. Пес опустил тяжелую голову и уткнулся горячим лбом в мою грудь. Пламя его схлопнулось, запахло паленой шерстью и мясом. Падая на обожженную землю его слезы тут же испарялись с негромким шипением. Пес сопел и шмыгал носом, прямо как человек. Я тихонько тормошил его холку, давая опомнится и ему и себе. Наконец, новорожденный монстр оттолкнул меня подняв морду, и уставился прямо в глаза. На миг мне поплохело. Он стал в два раза крупнее, поменял окрас и изменился внешне. Теперь броня его отливала чернотой, зрачки изменились, роговица обрела алый цвет, как у отродья. От него пахло серой и гарью. Но это все еще был Бруно.
- Ты копался в моих кишках, человек? – прогремел он. – Ты сделал из меня отродье!?
- Было дело, - пожал я плечами. – Так уж случилось.
- И ты не пожалел для меня собственной крови?
- Да ладно, там было то… Главное, что ты жив.
— Значит, теперь выбор за мной.
Пес задрал голову к небесам и тяжело вздохнул, выпустив клубы дыма из ноздрей.
- Я стану твоим фамильяром, Павел Георг, наместник Тарсиса! Я буду якшаться с отродьем, если так нужно. Я стану твоей опорой и отдам за тебя жизнь с великой радостью. Ибо ты достоин этого как никто другой!
- Ты лучше живи, дружище… - глаза заслезились от дыма. – А то у меня друзей тут раз-два и обчелся. Хрен с ней с этой кровью. Ненужно таких жертв.
- Глупый ты человек, выгоды своей не видишь, - усмехнулся адский пес. – Я сделал свой выбор. Мое пламя никогда не навредит тебе. Так и быть, стану для тебя ездовым псом.
- Ты точно Бруно, - я крепко обнял его. – Но… что мы скажем Санаре?
На этот вопрос перерожденный Бруно ответа пока не знал.
