– Не представляю, чтобы за шесть месяцев это место можно было превратить в действующую больницу. Понадобится несколько крупных чудес, чтобы, дай бог, уложиться в шесть лет.
Коричнево-золотая обезьянка выбрала этот момент, чтобы с криком перепрыгнуть через их головы с дерева на сломанную колонну. Животное, жуя переспелый абрикос, уставилось на них.
– Что ж, в первую очередь нужно избавиться от обезьян, – сказала Нари, испытывая неловкость.
Вдруг коридор резко кончился. Хирургическое крыло было окружено толстыми латунными стенами, которые возвышались высоко у них над головами. Стена, в которую они упирались, была испещрена подпалинами, и латунь здесь расплавилась и застыла непроницаемой массой.
Нари коснулась одной такой подпалины.
– Кажется, дальше мы не пройдем.
Али сделал шаг назад, ладонью прикрывая глаза от солнца.
– Похоже, тут часть крыши обвалилась. Я могу залезть наверх и посмотреть, что там и как.
– У тебя не получится…
Но Али не дослушал и подошел к стене, пальцами цепляясь за выступы, которых Нари не могла рассмотреть, как ни пыталась.
Субха смотрела, как он лезет по стене вверх.
– Если он свернет себе шею, я тут ни при чем.
– Тебя здесь не было, – вздохнула Нари, глядя, как Али, подтянувшись, вскарабкался на крышу и скрылся из вида. – Дочку сегодня оставила с мужем? – поинтересовалась она, намереваясь поддержать разговор.
– Придерживаюсь мнения, что маленьким детям не место в разваливающихся постройках.
Нари прикусила язык, чтобы не ответить на это очередной колкостью. Ее запасы дипломатического такта подходили к концу.
– Как ее зовут?
– Чандра, – ответила Субха, чуть смягчившись.
– Красивое имя, – сказала Нари. – Она выглядела здоровой и крепенькой, машаллах. У нее все хорошо?
Субха кивнула.
– Она родилась раньше срока, но все обошлось, и она в полном порядке. – Ее взгляд потускнел. – Я слишком часто становилась свидетельницей обратного.
Нари тоже, и в Каире, и в Дэвабаде.
– У меня был случай на прошлой неделе, – сказала она негромко. – Женщина из северного Дэвастана примчалась ко мне, когда ее укусил василиск. Они с мужем не могли зачать несколько десятков лет, а теперь она была на последнем месяце. Спасти женщину удалось, но ребенок… Укус василиска невероятно ядовит, и у меня не было удобной возможности ввести антидот. Малыш родился уже мертвым. – От воспоминаний к горлу подступил ком. – А родители… Кажется, они так ничего и не поняли.
– Они никогда не понимают. На самом-то деле. Горе застит ум, заставляет говорить ужасные вещи.
Нари задумалась.
– А потом… – Она прочистила горло, внезапно смутившись вопроса. – Потом станет легче?
Наконец Субха посмотрела ей в глаза с пониманием и даже, наверное, теплотой в стального цвета глазах.
– Да… и нет. Ты научишься отстраняться ото всего. Это работа, и твои чувства здесь не имеют значения. Скорее, они только мешают. – Она вздохнула. – Поверь мне… Однажды ты научишься в течение часа переключаться со страшных трагедий на улыбки и игры со своим ребенком и начнешь задаваться вопросом, не к лучшему ли это. – Она обвела взглядом руины больницы. – Наша работа важнее нас. Ты исправляешь то, что можно исправить, и стараешься не развалиться на части, чтобы хватило сил на следующего пациента.
Ее слова нашли отклик в сердце Нари, а в мыслях всплыл другой пациент – единственный, кого она никак не могла исцелить.
– Могу я задать тебе еще один вопрос?
Субха коротко кивнула.
– Что ты можешь порекомендовать для повреждений спинного мозга?
– Ты спрашиваешь для друга? Для сына старшего визиря? – Когда Нари округлила глаза от неожиданности, Субха склонила голову набок. – Я стараюсь узнать как можно больше о тех, с кем собираюсь работать бок о бок.
– Да, это для него, – созналась Нари. – Вы, кстати, встретитесь с ним в скором времени. Я взяла его в ученики. Но пять лет назад ему в спину попало несколько стрел, и я до сих пор не могу его вылечить. Он медленно идет на поправку, когда регулярно занимается и много отдыхает, но… – Она замолчала. – Мне кажется, я не справилась.
Субха задумалась. Кажется, переведя разговор на тему медицины, Нари удалось расшевелить ее.
– Я бы осмотрела его, если он не против. Существуют терапевтические методы, которые могли бы помочь.
Нари не успела ответить, потому что в этот момент к ним присоединился Али, спрыгнув с крыши совершенно бесшумно, так что даже Нари подскочила, а Субха вскрикнула.
Выражение его лица надежд не вселяло.
– Что ж… Хорошие новости: похоже, хирургическое крыло действительно располагалось здесь. Даже какие-то инструменты кое-где валяются.
– Какие инструменты? – оживленно полюбопытствовала Нари.
– Сложно сказать. Почти все залито водой. Похоже, там подвал обвалился, – Али помолчал. – И еще там змеи. Очень много змей.
Субха вздохнула.
– Безумие какое-то. Вам ни за что не восстановить это место.
Нари задумалась, начиная терять уверенность.
– Может, ты и права.
– Чепуха, – заявил Али, приосанившись, когда Субха сердито зыркнула на него. – Только не говорите, что вы уже готовы сдаться. Вы же не думали, что будет легко?
