– Медик, сотрудник лаборатории, либо тот, кто может достать их нелегально.
Дима развёл руками, а Паша буркнул:
– Пока это лишь версия. По-прежнему остаётся вероятность, что следы смыла вода. Тело пробыло в ней пару часов.
Тогда я сглотнула и, медленно вдохнув, сказала:
– Я могла бы попытаться отследить последние минуты жизни убитой.
Ведь именно для этого меня и взяли в Орден, чтобы я пользовалась своими способностями и помогала искать преступников…
– Я против этой идеи, – с ходу заявил Паша. – Тело побывало в воде, и после смерти уже прошло три дня, вряд ли ты сможешь увидеть что-то полезное.
Он был прав. Время играет большую роль. Если человек погиб недавно, можно заглянуть в его прошлое и увидеть, что произошло. Но чем больше времени проходит, тем меньше связь тела с аурой человека, постепенно оно становится лишь пустой оболочкой. А в воде разложение происходит быстрее. Возможно, что на это убийца и рассчитывал.
– Ты не так понял! – сказала я. – Мне не нужно тело, подойдёт какая-нибудь вещь девушки. Одежда, кулон, телефон…
Конечно, мне было страшно смотреть на преступление, но это самый быстрый и эффективный способ определить убийцу.
– А мысль просто супер! – оживился Дима.
– Скорее всего, это уже сделал штатный полицейский провидец, – остудил его пыл Паша. – И если нам не рассказали, то результат нулевой.
– Тут слишком много факторов, – вмешалась я. – Какой уровень был у этого провидца? Какую вещь он использовал? Насколько доверяли его мнению? Мне может открыться не то видение, которое уловил он.
Дима с энтузиазмом закивал, будто был главным специалистом по провидению.
– Обсудим позже, – сказал Паша. – Тут нужна подготовка.
Дима недовольно на него покосился. Я понятия не имела, о какой подготовке речь, но спорить не стала, положилась на Пашу. Да и не прочь была отложить неприятную процедуру.
– Вообще это нелогично! – подала голос Катя. – Вы только что сказали, что чувак может метать огненные шары, по всему видно, что он сильный внешний маг, но при этом он убивает топором, как неандерталец!
– Определённо это что-то значит, но возможных причин много, – включился Паша. – От желания скрыть магическую силу до извращённого удовольствия от вида крови.
Как бы Катя ни хорохорилась передо мной, от Пашиных слов её передёрнуло.
– Видно, поклонник Достоевского, – хмыкнул Дима, ловко вытащил из-под моего бургера листок с меню и сменил тему: – А чего вы сюда пошли? От офиса далековато!
– От офиса близко только Пытошная, – фыркнул Костя. – А там даже не посидеть нормально. И от пышек у меня живот болит, а кроме них там ничего не подают.
Под «Пытошной» имелась в виду старейшая пышечная на Большой Конюшенной улице. Пару лет назад какой-то шутник перевернул букву на вывеске, и «
– Прости, об этом я не подумал! – пристыдился Дима.
– Да ты не переживай, Дима, до офиса быстро доберёмся, – ехидно вставила Катя. – Одна нога здесь, другая там.
Все укоризненно уставились на неё. Она буркнула:
– А вот в Пытошной шутки о расчленёнке лучше бы зашли.
В роскошный кабинет, где он принимал адвоката, Дима нас не повёл. Мы расположились на своём обычном месте: в круглом помещении стеклянной башенки Дома Зингера. Именно здесь мы с Димой встретились в первый раз, тогда я ещё не могла поверить, что это рабочий кабинет Магистра. Полукруглые стены были также и окнами, а прямо посередине помещения уходила вверх кованая винтовая лестница. Металлические скамейки по периметру выглядели жутко неудобно, но Дима о нас позаботился: притащил откуда-то мягких подушек, а к скамьям приставил пару столиков. Когда мы вошли, он небрежно махнул рукой, и следом вплыла стопка папок, которые нам передал Степан. С первым уровнем транспортной магии для Димы такие перемещения были привычны.
Мы целый час продирались через занудные отчёты, описи улик и заключения судмедэкспертов. Хотя нам поручили найти убийцу Алисы Пономарёвой, изучать приходилось все четыре преступления, как звенья одной цепи. Но и это было лишь предположение: Паша не уставал повторять, что действовал подражатель, ведь прошлогодний маньяк сидит в тюрьме.
Я попыталась найти какую-то связь между убитыми девушками, но все они были разными. Первая жертва, Ирина Пархомова, жила с парнем недалеко от центра и работала в рокерском магазине. Вторая, Диана Мамедова, училась на факультете биотехнологии в ИТМО[4] и снимала квартиру. Третью звали Маргарита Борде, она приехала из Калининграда на несколько дней. Единственным, что связывало девушек, был тёмный цвет волос, молодой возраст (им было от девятнадцати до двадцати трёх лет) и ночная прогулка по Питеру. Похоже, маньяк просто подкарауливал возле Невы тех, кто отстал от друзей, и нападал. И, судя по отчётам, Алиса была единственной из них, кто хоть как-то сопротивлялся.
Когда я перешла к её папке, Паша вдруг откинулся на подушку, которую подложил под спину, и обвёл нас взглядом.
– Ну, что скажете?
