Ынён подумала, что это хороший совет. Хэхён была очень доверчивым и открытым человеком, и чем больше людей она повстречает на своем пути, тем лучше научится в них разбираться. Пока Хэхён подсчитывала, со сколькими в год придется встречаться, Ынён сказала, что тоже хочет погадать на любовь. Ведь начни она расспрашивать про судьбу, гадалка сразу бы все про нее поняла, и ей стало бы неловко. А вдруг, чего доброго, еще скажет, что в следующем месяце Ынён поймает что-то из очередной ямы?
– Вы уже встретили своего суженого.
– Что? Этого не может быть.
– Разве?
– А-а. Это же учитель иероглифики. Учитель иероглифики.
– Замолчи.
– Вы встретили суженого, но у вас есть сильный конкурент. Кто-то очень хочет его заполучить. Вам надо быть поосторожней.
– Хм. Кажется, пока вы мешали карты, я отвлеклась на свои мысли. Можно теперь я сама перетасую?
Гадалка собрала карты и передала колоду Ынён. Та тщательно их перемешала.
Гадалка раскрывала по одной карте, и все трое потеряли дар речи – карты выпали те же самые, что и в прошлый раз, и были на тех же местах. Сама гадалка, похоже, сильно удивилась.
Ынён молча заплатила и вышла.
Инпхё не любил спиртное, а точнее – не любил пьяных. Обычно учителя начинали застолье примерно в четыре часа. Инпхё казалось, что пьешь-пьешь, и вроде целая вечность прошла, а посмотришь на часы – всего лишь половина восьмого. К тому времени он бывал уже сильно раздражен. И почему люди не умеют вовремя остановиться. Всегда принимают на грудь лишнего и совершают ошибки или портят отношения, ляпнув что-нибудь не то. Учителя не были исключением – по крайней мере, они были не хуже других, профессия такая – стрессовая.
Инпхё собирался тихо встать, заплатить и незаметно ретироваться. Он всегда так поступал. А все делали вид, что не замечают этого – знали, что он не любил долго засиживаться. Задержись он, стал бы нервным, а именно он был главным плательщиком. Вот и на этот раз все позаботились, чтобы Инпхё мог уйти тихо, как невидимка. И Инпхё тактично и спокойно направился к выходу.
– Куда вы? – спросил у обувающегося Инпхё Маккензи, который вернулся из туалета и пытался удержать его.
– Вы оставайтесь, а я ухожу.
– Нет, как вы можете оставить меня тут одного и уйти? Все сильно напились, а мне что прикажете с ними делать? Останьтесь.
Инпхё подумал, что тот набрался побольше остальных, и не знал, как реагировать:
– Конечно, все порядком подшофе, но не стоит волноваться – до дома-то они доберутся. Вы тоже можете уйти пораньше.
– Нет.
Маккензи схватил Инпхё за руку. Тот аккуратно убрал его руку, и тогда Маккензи схватил его за ремень. Инпхё растерялся. Поморщившись, он взглянул на Маккензи. Тот тоже, похоже, испугался и отпустил.
– Простите.
– Ничего! Хороших выходных.
Ючжон достала из своего шкафчика спортивный костюм, чтобы переодеться перед физкультурой. От него несло дешевым ядовитым уксусом, она не могла его надеть. Школьник у соседнего шкафчика с презрением посмотрел на Ючжон.
