Твердую железную полоску можно было заострить, заточить об камень, и она становилась острой, почти как камышинка. От полоски камыша-железа полоска рыжего металла и получила свое название «железо».
Железным ножом также изначально назывался нож из камыша. И железные стрелы – это тоже стрелы из камыша. И наконечники железные – это тоже наконечники из камыша. Наконечник стрелы немного в огне обугливали, затем косо затачивали об камень, и он тоже становился очень и очень острым. Стрела из камыша-железа легка и при этом очень крепка.
Слово «лезвие» есть небольшое сокращение слова «желез-вие» или «жлезвие» – это полоска камыша-железа. Это зависит от того, как прочитать начальную буквицу «ж».
Картузу захотелось поддержать беседу, и он сказал:
– Там, где я был же ж, заросли камыша называются «железняком»!
Старец согласно кивнул:
– Железная крыша – это крыша, сделанная из камыша. Камыш связывали в снопы и этими снопами покрывали свои жилища. Такая крыша очень крепка и долговечна. Сорванный камыш долго остается крепким, и он не гниет от воды так, как это происходит с травой или деревом.
Тихомир удивился:
– Я думал, что железная крыша – это крыша, обитая железом.
Старец покачал головой:
– Это у тебя в Москве! А в деревнях да селах – тоже железом обивали? Конечно же нет, но называли крыши железными!
В очень далекие времена даже стены домов тоже делали из камыша, обмазанного глиной. Или люди делали глиняные плиты, внутри которых для крепости помещали стебли камыша. Получались глиняные блоки, армированные камышом. Затем из этих блоков и складывали стены жилищ.
Картуз переспросил:
– Армировали?
Старец тут же пояснил:
– Нерусское слово «арматура» происходит от слова «феррум», что в латинском языке означает «железо». А железо есть камыш. Сами глиняные плиты делали с помощью сплетенных из камыша форм. Ведь досок раньше не было, дерево на доски распилить было нечем. Не было еще лучковой пилы. Да и гвоздей тогда еще не было. А значит, никаких форм из досок не сделаешь, гвоздями их не собьешь. Поэтому формы и плели из стеблей камыша.
Слово «форма» имеет прямое отношение к слову «феррум». Самыми первыми формами были формы для изготовления глиняных блоков-кирпичей. Сам кирпич, извлеченный из формы, не по-русски называется информацией. Слово «форма» – нерусское слово. По-русски «форма» есть «корза», «корзина» или «кузов». Русское слово «корза» и нерусское «форма» являются очень близкими друг другу словами. То, что делали с помощью корз-корзин, по-русски называется «искус». Слово «искус» есть упрощение слов «из курз». А слово «искурз» означает то, что извлечено из «корзины-формы». Этому слову соответствует нерусское слово «информа».
В русском языке от слова «изкурз» происходит слово «искусство». Это слово означает извлечение из «формы-корзы-искуса». А от нерусского слова «форма» происходит слово «информация». Получается, что по изначальному смыслу слова «искусство» и «информация» означали одно и то же. Искусство есть информация, а информация есть искусство.
По немного другим правилам русское слово «изкурз» читается как нерусское слово «экскурс». От слова «экскурс» происходит слово «экскурсия».
Словом «корза» называется нечто твердое и устойчивое, в чем может содержаться нечто подвижное, рассыпчатое или текучее. От слова «корза» происходит слово «курс». Курс есть нечто устойчивое, нечто, что нужно держать, или нечто, что поможет сохранить и удержать.
Тихомир переспросил:
– Отсюда, если на что-то показать пальцем, означает указать курс?
Старец ответил:
– Верно! А еще, упрощение слова «изкурз» дало слово «сказ». От слова «сказ» происходят слова «сказать» и «сказание». Нечто сказанное всегда облачено в какую-то «форму», то есть в какую-то «корзу». Слова «казать», «сказать», «показать», «указать» и прочие происходят от слова «корза».
Слово «форма», прочтенное в обратную сторону, есть слово «морфа». От слова «морфа» происходят нерусские слова «морфология» – это учение о форме, «аморфный» – это бесформенный. А русские слова, произошедшие от слова «морфа», есть слова «морда», «морщины», «смотр» и «смотреть». Потому что и слово «корза» тоже читается в обратную сторону. И от обратного чтения слова «корза» произошли русские слова «зреть», «зрение» и «зрачок». И вот почему: из трубочек камыша раньше делали карандаши. Плотненько вставляли длинненький уголек в трубку камыша, затачивали его, и им можно было писать. Карандаши и по сей день так делают: карандаш есть грифель, заправленный в деревянную трубку. А грифель и есть тоненький уголек. То есть зрачок – это черный уголек, вставленный в светло-коричневую или в темно-коричневую трубку-камышинку, которая видна, как радужка глаза. Поэтому слова «камыш» и «карандаш» являются словами одного извода.
Тихомир, посмотрев на Марфу, спросил:
– Но ведь глаза бывают не только карие, но и голубые…
Марфа стояла невдалеке и, почувствовав на себе взгляд Тихомира, повернулась к нему и кокетливо перекинула через левое плечо толстую длинную косу красиво переплетенных русых волос.
