Маша резко поднялась со скамьи и быстрым шагом пошла прочь. Девушка уже миновала главные корпуса и вошла в небольшую сосновую аллею, за которой виднелся ее домик. Маша даже не замечала, что Макс идет следом. Наконец, он догнал ее и, ухватив за руку, потянул к себе.
— Подожди, мы еще не договорили!
— Да, нам и не о чем больше говорить! До тебя не доходит…
Маша начала отчаянно вырывать свою ладонь из хватки Максима, глядя в странно расширенные зрачки его глаз. Неожиданно, рядом раздался грозный возглас:
— Отпусти ее, мразь!
Пальца Макса немедленно разжались. Брок быстро отодвинул Машу в сторону, ухватил водителя за ворот рубашки, и с силой откинул на ближайшее дерево. Послышался треск рвущейся материи, а потом Маша вздрогнула от звука, с которым тело Макса ударилось о шероховатый сосновый ствол. Брок сделал шаг по направлению к нему, и Маша отчаянно вцепилась в своего мужчину:
— Умоляю, пойдем домой! Не надо его бить, мы просто разговаривали.
— Он трогал тебя! — развернул к ней взбешенное лицо Брок, и девушка быстро отвела глаза от его обнажившихся длинноватых клыков. Брок был очень страшен сейчас.
— Прошу, не надо! Ты же его покалечишь! Это водитель, он работает с Коротковым…
— Так, ты с ним ходишь встречаться каждый день?
Маша ахнула, в ужасе от его подозрений.
— Да ты что? Если б он был мне нужен, я и была бы с ним. Но я же с тобой!
Маша метнулась взглядом в сторону Максима, тот тяжело поднимался, обнимая дерево руками. «Вроде бы жив…»
— Брок, пойдем домой! Все хорошо, он хотел поговорить, а я торопилась, вот он и пытался меня задержать…
— И что он хотел тебе сказать?
Маша не успела ответить, Макс завалился на траву под деревом и сдавленно рассмеялся, потирая ушибленную грудь.
— Прямо семейные разборки! Ну надо же! Ты что думаешь, она твоя собственность? Как домашний питомец? Хороша киса, да?
Маша обхватила Брока обеими руками:
— Не слушай его! Он же тебя провоцирует! Нарочно хочет, чтобы ты разозлился.
Максим вдруг примирительно поднял руки:
— Все, я сдаюсь! Все… Через неделю заканчивается мой контракт и меня здесь не будет.
Он вдруг завыл в голос, катаясь по траве:
— Я, вообще, скоро свалю отсюда! От всех этих «долбаных» психов. Оставайтесь сами в этом болоте! Какое мне до вас дело?!
Маша округлила глаза, выразительно покрутив пальцем у виска.
— С ним что-то не то, — медленно проговорил Брок, принюхиваясь, но Маша не обратила внимание на его слова, пытаясь поскорее увести Брока из аллеи.
Оказавшись дома, Маша устало села на кухонный диванчик:
— Послушай, ты не должен так реагировать, он всего лишь держал меня за руку. Так нельзя. Да, ты убить его мог!
— Мог! Ну, и что?
Брок стоял перед ней, скрестив на груди руки.
— Ты больше не пойдешь туда. Я сам буду приносить еду в дом.
— Туши оленей? Или зайчиков несчастных? А, может, на цепь меня посадишь или запрешь на чердаке, чтобы я всегда была под рукой? Брок, я не согласна так жить. Ничего страшного не произошло, а ты уже из себя выходишь. Макс просто придурок! Что с него взять? Он все понял, и теперь точно отстанет. Я всегда предлагала тебе ходить со мной в столовую, но ты уперся как баран в какие-то непонятные принципы…
— Да, тебе не понять…
— Эти люди тебе ничего не сделали. Ни повара, ни Коротков, ни даже Максим, чего ты их сторонишься?
— Алекс только того и добивается…
— Чтоб ты съел котлету с картошкой в помещении столовой, а не у меня дома? Действительно, достижение!
Маша чувствовала себя скверно, кажется, у нее поднималась температура. «Неужели, перекупалась сегодня, вода была довольно прохладной…»
— Брок, тебе нужно учиться идти людям навстречу. Не ради себя, так ради нас. Или ты всерьез думаешь, что я до конца своих дней буду сидеть с тобой в лесу, никуда не выезжать, ни с кем не видеться? Брок, у меня есть мама и сводный брат. Мы с ним не особенно ладим, но он все равно — родня. Отчим, дядя Слава меня растил с двенадцати лет, никогда не обижал. Еще есть подруги, одна по крайней мере точно. А еще… — Маша вдруг почувствовала, что задыхается, — еще у нас могут быть дети… наверное.
— Я не думаю, что это возможно, — хрипло сказал Брок, — меня изменили…
— Ну, нет, так нет! У меня уже была одна неудачная попытка, может, больше и не получится — пренебрежительно махнула рукой Маша, из всех сил пытаясь казаться спокойной.
— Если я не смогу дать тебе ребенка, ты меня оставишь? — Брок сел на пол у ее ног, пристально глядя на девушку снизу вверх.
— Я не знаю… это, наверно, не так уж важно, — Маша искренне хотела быть честной, хотя бы перед собой.
Брок тут же переместился на диван, и попытался усадить девушку к себе на колени. Неожиданно Маша остановила его.
— Не надо, я сейчас хочу побыть одна…
— Я тебе уже надоел? Может, мне вообще уйти? — в голосе мужчины звучала нескрываемая злость.
— Можешь уйти… только вернись обязательно. Я буду тебя ждать к ночи.
