Днем над землей стелился холодный туман, курившийся вокруг деревьев. Охота закончилась ближе к полудню. Вася, с мрачной сосредоточенностью вымешивавшая тесто, услышала далекий вопль умирающего зверя. Он вполне подходил под ее настроение.
Женщины выехали из дома под серым небом с чередой вьючных лошадей. Константин поехал с ними: в осеннем свете его лицо было бледным и восторженным. Мужчины и женщины наблюдали за ним с почтением и тайным восхищением. Избегая священника, Вася держалась с Ириной в конце кавалькады и сдерживала свою кобылу так, чтобы не обгонять Ирининого конька.
Туман расползался по земле. Женщины жаловались на холод и кутались в накидки.
Внезапно Мышь встала на дыбы, и даже флегматичный конек под Ириной прянул в сторону, так что девочка сдавленно вскрикнула и вцепилась в поводья. Вася поспешно заставила кобылу встать и поймала конька за уздечку. Проследив за разворотом ушей обоих животных, она увидела между двух высоких берез белокожее существо. Оно походило на человека с блеклыми глазами. Его волосами служило переплетение лесного подроста. Тени у него не оказалось.
– Все хорошо, – сказала Вася Мыши, – коней они не едят. Только глупых путников.
Кобыла повела ушами и нерешительно зашагала вперед.
– Леший, лесовик, – пробормотала Вася, проезжая мимо, и поклонилась, сидя в седле.
Хранитель леса, леший, редко подходил так близко к людям.
– Хочу с тобой поговорить, Василиса Петровна.
Голос хранителя леса был шелестом листвы на рассвете.
– Попозже, – пообещала она, справившись с изумлением.
Держась рядом с ней, Ирина спросила тоненьким голоском:
– Ты с кем говоришь, Вася?
– Ни с кем, – ответила она. – Сама с собой.
Ирина промолчала. Вася мысленно вздохнула: сестра непременно все расскажет своей матушке.
Охотники обнаружились у кромки леса: они удобно устроились под огромным деревом. Лесную свинью уже подвесили за задние ноги на толстой ветке. Из перерезанного горла кровь стекала в подставленное ведро. По лесу разносились хохот и хвастливые возгласы.
Сережу, считавшего себя уже взрослым, с большим трудом уговорили ехать с женщинами. Сейчас он спрыгнул со своего коня и, выпучив глаза, уставился на подвешенную тушу. Вася соскользнула с Мыши и передала поводья одному из слуг.
– Отличного зверя мы завалили, правда, Василиса Петровна?
Вопрос прозвучал из-за ее плеча. Она обернулась. В ладони Кирилла Артамоновича въелась засохшая кровь, но мальчишеская улыбка была все такой же ослепительной.
– Мясо будет очень кстати, – ответила Вася.
– Приберегу печень для вас. – Он смотрел оценивающе. – Вас не мешает откормить.
– Вы очень щедры, – сказала Вася.
Склонив голову, она отошла прочь, словно робкая девица, которая стесняется разговаривать. Женщины начали доставать из вьюков угощение. Вася осторожно отходила все дальше и дальше по направлению к купе берез, а потом скрылась за ними.
Она не заметила, как Кирилл, улыбнувшись сам себе, пошел следом.
Лешие были опасны. По своей прихоти они могла водить путников кругами, пока те не падали без сил. Иногда тем хватало ума надеть свою одежку задом наперед и этим себя защитить, но такое бывало редко. Чаще они погибали.
Вася нашла его в центре березовой рощицы. Леший смотрел на нее горящими глазами.
– Есть новости? – спросила Вася.
Леший издал скрипучий возглас неудовольствия.
– Твои люди заявились с шумом, пугая мой лес и убивая моих тварей. Раньше у меня спросили бы разрешения.
– И мы снова его у тебя просим, – поспешила сказать Вася.
У них хватает неприятностей и без разгневанного лесного хранителя. Она развязала вышитую ленту и вложила ему в руку. Он стал разглаживать ее своими длинными сучковатыми пальцами.
– Прости нас, – попросила Вася. – И… не забывай меня.
– Я попросил бы о том же, – отозвался хранитель леса, смягчаясь. – Мы блекнем, Василиса Петровна. Даже я, видевший, как эти деревья вырастают из сеянцев. Твои люди дрогнули, и черти стали усыхать. Если сейчас явится медведь, вы окажетесь без защиты. Придется расплачиваться. Берегись мертвецов.
– Что значит «берегись мертвецов»?
Леший склонил седую голову.
– Три знака, а мертвецы – четвертый, – ответил он.
А потом он исчез, и она слышала только чириканье птиц и шорох ветвей.
– Хватит уже, – проворчала Вася, не рассчитывая на ответ. – Почему никто из вас не говорит прямо? Чего вы боитесь?
Из-за деревьев вышел Кирилл Артамонович.
Вася напряженно выпрямилась.
– Вы заблудились, господин мой?
Он фыркнул:
– Не больше чем вы, Василиса Петровна. Никогда еще не видел, чтобы девушка ходила по лесу таким легким шагом. Но вам не следует оставаться без защиты.
Она ничего не ответила.
– Пройдемтесь вместе, – позвал он.
Отказаться было невозможно. Они пошли рядом по толстому слою влажного перегноя, а вокруг них на землю летели листья.
– Вам понравятся мои земли, Василиса Петровна, – сказал Кирилл. – Кони скачут по полям, конца которых глазу не видно, а купцы привозят нам украшения из Владимира, города Богоматери.
