– Сломать опасаюсь! – честно ответил Николай. – К сожалению, в законе не прописана возможность самообороны мужчины от такой как ты.
– Бедненький! Так получается, у тебя нет выхода! Смирись! Раз я так хочу, значит, так и будет! – довольно расхохоталась Соня.
– Николай Петрович, проблемы? – Миронов оглянулся на дверь и едва «ура» не заорал.
Никогда раньше он не был так счастлив видеть подчинённых Хака – Бошинова и Петровского.
– Да, они самые во плоти! – честно ответил он, придерживая Сонины запястья подальше от своего организма. – Ребята, вы не могли бы ЭТО всё убрать?
– Помогите! – слабо вскрикнула Софья, оседая на стол и картинно располагаясь на документах. – Он… он напал на меня! Спасите!
– Фантасмагория! – оценил Бошинов красоту картины. – Дракула в женском обличье, да ещё так хорошо сохранившийся!
– Да как вы смеете! Он на меня напал!
– Софья Руслановна, тут камеры стоят и запись идёт, так что особенно не старайтесь, – сухо объяснил Петровский.
Николай точно помнил, что камер в кабинете нет, но Бошинов ему подмигнул и кивнул на затенённый угол над дверью.
– ВСЕ камеры работают, – подчеркнул он. – Шеф недавно велел проверить…
А потом обратился к Калязиновой:
– Софья Руслановна, вы бы плащик накинули… лето конечно, но на улице комаров тьма, а вы, прямо скажем, скорее раздеты, чем одеты. Нет, им, конечно, вкусно будет… сначала, а вот потом, боюсь, как бы не потравились.
– Да… да как вы смеете! Вы… вы все ещё пожалеете! Вы…
– Конечно-конечно! – успокаивающе покивал Петровский, аккуратно поймав дверь, которую нежная дева на эмоциях чуть с собой не вынесла.
Бошинов подошел к окну и проследил, как сверкнули на повороте габаритные огни Сониной машины, а за ней последовала другая – неприметная и неяркая машина Котика, которому было велено проследить, чтобы эта хищница случайно не завернула к Николаю домой.
– Ну, ребята, спасибо! Выручили! – выдохнул Миронов.
– Да мы-то что? Это Кирилл Харитонович просчитал, что она к вам заявится. Вы не сердитесь, камеры мы и правда установили. Если хотите – уберём.
– Нет, спасибо! Пусть будут, – решил Миронов. – Ладно, поеду я домой! Какая уж тут работа?
До дома он добрался без приключений, твёрдо решив, что нипочём Дашке рассказывать о сегодняшнем безобразии не станет, призадумался о правильности такого решения, а потом…
– Что за странность этакая? Только что был Колька и нет его! – слова Фёдора Семеновича что-то напомнили… что-то такое знакомое!
– Федь, а Федь, а чего это он? – уточнила Валентина, которая принесла ужин и встретила на участке Мироновых не только соседа, но и Николая под колючим кустарником.
– А это, Валь, он, наверное, что-то в гм… нужном месте позабыл. Ну, позабыл, а потом это… вспомнил! – осторожно предположил Фёдор Семёнович. – А до того места уже не успел!
– Ой, а сейчас он чего? Глянь, ползёт! Федь, прикинь, опять ползёт под крыжовником! Коооль! Ты чего?
– Да тьфу! Тохтамышка, отдай ключи от машины! Немедленно отдай! – Николай наконец-то поймал за заднюю лапу вредное создание, которое опасался спугнуть, и извлёк у неё из зубов собственные ключи. – Вот же пролаза! Стоило споткнуться, уронить ключи, как их как ветром сдуло! Выслеживала она меня, что ли?
Он выбрался из-под колючих веток и хмуро воззрился на соседей.
– И что это с вами обоими?
– Да так… вспомнилось кое-что, – разулыбался Фёдор. – Про одного знакомого, который год назад приехал в одно такое место… где совершенно невозможно жить! – закончил он.
– Ладно вам, – слегка смутился Николай, отряхиваясь и хозяйственно водружая Тохтамышку себе на плечо, – Что? Неужели же только год прошел?
– Ага, всего-навсего! – подтвердили соседи. – Ладно, ты тут того… продолжай обживаться, а то страсть как любопытно, что дальше будет!
Они поспешно удалились, переглядываясь и посмеиваясь, а Николай пошел разыскивать жену – в конце-то концов, всё, что с ним дальше будет, будет для них двоих.
– Карп Степанович, что же вы так! – Дашкин голос он услышал, как только завернул за дом. – Вы же чуть было не попались хищнице – Белиске. Хорошо ещё, что она подросточек, а так бы слопали вас коллективно!
Даша сушила в полотенце горько разочарованную белую, а в данный момент ещё и мокро-облезлую кошечку, и утешала возмущенного карпа.
Николай, моментально почувствовав родственную душу в рыбе, только головой покрутил, удивляясь, а потом решил, что Дашка поймёт – раз уж карпа понимает, то, чем муж родной хуже?
И он рассказал, и разочарован не был – вряд ли Соня могла думать, что рассказ о её охотничьей вылазке закончится таким смехом.
– Я её прикoпaю, если она ещё раз к тебе полезет! – посерьёзнела Даша, – А теперь давай про неё не будем – что о пустом и плохопахнущем месте говорить? Давай лучше поужинаем и обсудим, куда мы с тобой поедем.
И тут Николай понял, что куда бы они не поехали, место – это не так и важно. Ему и тут хорошо, и там, куда они отправятся славно будет, потому что у него теперь есть с кем поехать, с кем вернуться, и куда вернуться тоже.
– И ведь это только год прошел, – пробормотал он. – То ли ещё будет!
Конец книги.
