– Что случилось, Стас? – мой вопрос вырывается непроизвольно, ну не может же быть, что он обиделся, если я немного отодвинулась? Нет, обидеться он может, но не настолько, чтобы так зло глядеть на меня. Да и взгляд у него был не обиженный, а сердитый.
– Стас… – я касаюсь его руки, потому что он сидит, уставившись в землю. – Стас, посмотри на меня.
Он поднимает голову:
– Что?
– Так продолжаться все равно не может, – начинаю я осторожно, с трудом подбирая слова, – у тебя семья, у меня семья, легкой интрижки у нас не получится, а значит – боль, обида, ложь…
– Ксанка, – Стас перебивает меня, – я уже сказал, что все понимаю. Ответь мне только на один вопрос. Только на один, но честно. Ответишь? – Он смотрит мне прямо в глаза, смотрит серьезно и в то же время как-то по-детски доверчиво.
– Да. Я отвечу честно, – обещаю я.
– Мишель – он…
– Друг, – я даже не даю задать ему дурацкий бессмысленный вопрос, – только друг. Можешь даже считать, что ты не задавал этого вопроса. Потому что мне обидно на него отвечать.
– Прости. – Стас просит прощения, но в интонации и во взгляде нет ни капли раскаяния – только какой-то телячий восторг. Мальчишка! Он снова обнимает меня, и его губы нежно ласкают мои волосы, касаются моего виска, щеки…
– Стас, я не могу… – Я хочу сказать, что это неправильно, но он снова перебивает меня:
– Завтра, Ксанка, завтра. Завтра я сотру твой номер из моего телефона, вернусь к обычной жизни, и все закончится.
– Ну уж нет, только вот завтра телефон мой не стирай – потому что завтра ты должен мне позвонить и отчитаться, что ты сказал Олегу Георгиевичу, как зовут Язычника.
Стас хохочет.
– Вместо того чтобы обидеться, как, дескать, все закончится? Разве ты не станешь стоять под окнами, и звонить, и молчать в трубку? Разве ты не будешь страдать и мучиться? Вместо всего этого ты…
– Погоди, я до этого еще не дошла, – смеюсь я немного смущенно: и откуда он знает всю эту женскую чушь? – Все будет потом. Но сначала нам нужно вывести Язычника на чистую воду, а то морочит голову детям со своим стулом ритуальным…
Я замолкаю на полуслове и даже не двигаюсь, почти не дышу, боясь спугнуть мелькнувшую догадку.
– Ксанка? – Стас, наклоняясь, заглядывает мне в лицо. – Что?
– Стул, – я поднимаю глаза и поворачиваюсь к Стасу. – Они скачут вокруг стула в детских масках.
– Кто-то из твоих знакомых там побывал. – Стас не спрашивает, он утверждает. Да, как же мы хорошо понимаем друг друга – просто чувствуем. – Кто?
– Максим и Сережа – землекопы с моего участка. Студенты…
Я рассказываю о том, как встретила ребят, стараясь, по возможности, во всех деталях вспомнить, что они говорили. К сожалению, тогда я не обратила должного внимания на их болтовню.
– Можно порасспросить их поподробнее, они каждый день во второй половине дня у тебя копают, – продолжаю я с воодушевлением, но тут же вздыхаю: – Только что это даст? Они всего один раз там были и вряд ли пойдут снова – Максиму сильно не понравилось…
– Ну, если мы Максима попросим, я думаю, он и еще раз сходит, – говорит Стас, – особенно если задание ему дать.
– Стас! – я с возмущением гляжу на него. – Это дети совсем, ты что, подставить их хочешь? Ты забыл, с кем мы имеем дело?
И вдруг меня осеняет:
– Надо мне туда пойти.
– Очень смешно, – Стас качает головой и целует меня в ухо. Я не сопротивляюсь, ведь решили уже – завтра…
– А что такого? – я прижимаюсь к его плечу. – Даже если мальчишки туда еще раз сходят, то что они узнают? Ну, молятся там, ну скачут вокруг стула – закон развлекаться не запрещает…
– А ты сразу все узнаешь, – скептически говорит Стас, – придешь, и Язычник тебе расскажет, как он бомжа убивал, какие еще убийства планирует и вообще какие нехорошие дела замышляет. В первый же вечер все расскажет, раскается и пойдет сдаваться в милицию…
– «И тут Остапа понесло…» – не выдерживаю я. – Стас, угомонись. Серьезно говорю, посмотреть бы не мешало. А потом, ты помнишь, я ему понравилась. Может, он…
– Забудь.
Похоже, он рассердился. Я замолкаю. Потом тихо поднимаю голову и осторожно целую его в щеку. Понимаю, что не права, но ведь завтра уже ничего не будет…
– Не провоцируй меня, Ксанка, – неожиданно серьезно говорит Стас, – я и так уже…
– Ты говорил, что у тебя мало времени, – неожиданно вспоминаю я, – ты опоздал уже, наверное?
– У меня мало времени на встречу с тобой, – Стас смотрит на часы, – через час ты заканчиваешь работу.
Я замолкаю. Стас осторожно перебирает рукой мои волосы, гладит меня по плечу. Потом ласково одним пальцем проводит по моей щеке и, коснувшись подбородка, поворачивает к себе.
