Я снова подскочил к клетке. Никто не удосужился отобрать мои порошки, и я кинул их, произнеся заклинание. Взрыв я направил на запертую дверь. Грохнуло. Сдвоенный черно-красный огонь врезался в прутья… и исчез.
Рейчис снова завопил. Мех на всем его теле стоял торчком. Я сделал вторую попытку, взяв больше порошка и обжегши пальцы, но все тщетно. Охранник с отверткой Джанучи в плече, явно оскорбленный моими действиями, схватил огненное копье и прицелился в меня. Я выхватил пару стальных карт, которые дала мне Фериус, и отправил их в полет. Первая угодила солдату в плечо, а вторая прочертила кровавую линию на его щеке. Он еще не успел опомниться, когда я подскочил и выдернул огненное копье из его рук. А потом врезал солдату по голове. Он рухнул на пол, а я в третий раз взялся за порошки.
– Сила молнии создает энергетическое поле, сквозь которое не может проникнуть огонь, – объяснила Джануча и положила мне руку на плечо. – Прости, Келлен. Это скоро закончится.
– Да поглядите же вы! – крикнул Алтарист, подбегая к своему механическому дракону, поглаживая мерцающие металлические пластины на крыле. – Это не убийца! Это творец!
– Келлен! – крикнул Рейчис, изо всех сил пытаясь подняться и отчаянно тычась в закрытую дверь. – Келлен, пожалуйста! Обещаю, я больше не буду воровать. Я обещаю!
Я подошел и схватил Алтариста за воротник. Он был тяжелее меня, но мне удалось развернуть его к себе.
– Скажи, как остановить процесс!
– Ты не можешь, – ответил он с гордостью. – И никто не может. Больше никто не встанет на моем пути.
Я ударил его по лицу и толкнул на пол. А потом повернулся к Джануче.
– Должен быть способ! Пожалуйста!
У нее был такой же взгляд, как в тот момент, когда маги пытали Крессию. Джануча отринула все эмоции, чтобы решить задачу.
– Поле – это результат взаимодействия молнии со сплавами на пластинах внутри клетки. Чтобы разорвать контакт, нужно изменить геометрию… Ах, боюсь, для тебя это слишком…
– Вообще-то, я отлично разбираюсь в геометрии, – сказал я, кинувшись к своему плащу.
Я достал пять монет, которые дал мне Савир. Кастрадази сказал: секрет в том, чтобы заставить монеты танцевать. Я кинул одну монету в энергетическое поле. Она отлетела обратно, и я поймал ее в воздухе. А потом посмотрел на пять монет, лежавшие на моей ладони.
– Сплава недостаточно, – сказал Джануча. – Это вопрос дистанционных и пространственных взаимодействий. Требуется идеальный расчет…
– Замолчи, прошу тебя, – сказал я, все еще созерцая монеты.
Она ошибалась. Конечно, можно долго выводить сложные математические формулы, но был и другой способ. Тот, что показал мне Савир. Я прикоснулся монетами ко лбу, потом к сердцу и, наконец, к руке. Что-то вроде молитвы, наверное. Хотя странно. Я никогда не был религиозен.
Я подошел ближе к клетке. Энергия молнии щекотала мне кожу и поднимала волоски на руках. Я подбросил в воздух одну монету, затем вторую и третью. Я жонглировал ими, заставляя двигаться по кругу. Затем добавил четвертую. Всякий раз, когда одна из монет приземлялась на ладонь, я прикидывал ее вес. И то, насколько быстро – или медленно – она падала. Пауза. Колебание. Сближение и отдаление монет… Я не пытался найти баланс, просто позволил рукам работать за меня, инстинктивно. И они искали идеальное расстояние между всеми монетами и между каждыми двумя из них. А я просто вращал и вращал их.
– Нужно найти идеальное расположение, – сказала Джануча за моей спиной.
– Я понял.
Было невероятно сложно удерживать монеты, и пришлось закрыть глаза. Нельзя отвлекаться на клетку и молнии. И не надо думать о том, что душа моего делового партнера вот-вот покинет его.
– Келлен… – сказал Рейчис. На сей раз – мягко и тихо.
Я не смог совладать с собой и открыл глаза. Рейчис лежал на полу клетки. Искры плясали на его шерсти, которая была теперь тускло-серой.
– Я думаю, со мной покончено, Келлен. Думаю, я…
Возник порыв ветра, едва не сбив меня с ног.
– Смотрите! – воскликнул Алтарист, проползая по полу к дракону, бившему крыльями. – Посмотрите на будущее Гитабрии!
Внезапно дракон поднялся со сцены и полетел вверх – к открытому пространству, заменявшему амфитеатру крышу.
– Нет! – закричал я.
На миг я потерял контроль над монетами, и они упали. Я едва успел их подхватить.
«Не бойся, – сказал я себе. – Ты не выиграешь при помощи силы. Так дай же монетам почувствовать твою душу. Они хотят танцевать».
Я снова закрыл глаза и подбросил монеты в воздух. Я ощущал их только пальцами, чувствовал, что они выравниваются, встают в правильном порядке. Они двигались быстрее и более плавно, чем когда бы то ни было. Я осторожно прикоснулся к каждой из них, заставив их вращаться.
– Во имя первооснов! – выдохнула Джануча.
Я открыл глаза. Пять монет плыли в воздухе, медленно поворачиваясь вокруг невидимой оси, и каждая вращалась вокруг собственной. В пространстве между ними образовался промежуток, куда не достигала молния. Рейчис распластался на полу клетки, едва дыша, а дракон уверенно поднимался вверх.
«Я не успел… – подумал я. – Нет! Ты этого не знаешь наверняка!»
